Жена поневоле

Едва вышла из экипажа, как вновь поразилась представшей моему взору красоте: подъездную аллею освещали маленькие магические фонарики, висевшие загадочным образом в воздухе. Магия…

Мне не хотелось заходить в особняк, поэтому я решила еще немного подышать свежим воздухом, ведь стоял прекрасный теплый вечер. Свет в высоких окнах манил к себе ночных мотыльков. Побродив около получаса по дорожкам вокруг дома, все же поднялась по мраморным ступенькам и вошла в холл.

– Добрый вечер, Ваша светлость, – обратился ко мне дворецкий, первым заметивший мое появление.

– Добрый вечер, – отозвалась я уставшим голосом.

– Распорядиться о том, чтобы накрыли в столовой? – любезно спросил он.

– А герцог уже ужинал? – полюбопытствовала у немолодого мужчины.

– Нет, Ваша светлость. Герцог не возвращался с тех самых пор, как уехал еще до Вас, – немного настороженно ответил он.

– Спасибо… – я на него озадаченно посмотрела, не имея понятия, как лучше к нему обратиться. Ведь до сей поры не знала его имени.

– Антуан, – представился дворецкий, решивший исправить недоразумение.

– Раз Его светлости нет, то не могли бы Вы распорядиться, чтобы ужин подали в мою комнату? – попросила я, так как не испытывала никакого желания восседать одной за огромным столом под пытливыми взорами прислуги.

– Конечно, Ваша светлость, – он не посмел перечить мне.

– Только сперва покажите ее.

– Прошу следовать за мной, – проговорил немолодой мужчина и направился вверх по парадной лестнице, выполненной из белого мрамора с фигурной позолоченной балюстрадой.

Мы поднялись на второй этаж и двинулись вглубь коридора, устланного ковровой дорожкой. Едва слуга остановился у двери одной из комнат и учтиво открыл ее, приглашая жестом руки пройти внутрь, как я застыла, пораженная роскошью и великолепием убранства покоев, не решаясь войти.

– Что-то не так, Ваша светлость? Если да, то в считанные минуты подготовят другую, – его голос заметно дрогнул. – Это я взял на себя смелость выбрать именно эту.

– Что Вы, Антуан, она прекрасна! – выпалила на одном дыхании, немного совладав с восхищением.

Комната по размерам была вдвое больше моей. Тот, кто занимался ее интерьером, несомненно обладал отменным вкусом. Почти все свободное пространство покоев, выполненных в персиковом цвете, занимала большая кровать, застеленная роскошным бархатным покрывалом на несколько тонов светлее, нежели шелк на стенах. Белая мебель, идеально гармонирующая с основным цветом, была резной.