Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

 – Мам, ну, там реально невкусно кормят, – оправдывается он, пока я становлюсь багровой от злости.

– Ксю, а ты? – щурюсь с подозрением, покосившись на моего самого безобидного на первый взгляд ребенка.

Дочь невинно хлопает ресницами, но быстро понимает, что меня этим не проймет.

– А я их прикрывала, – губы надувает. – Зубы заговаривала Ирине-Ванне, еще и других детей позвала. Мы даже песни пели, – хихикает, но мигом принимает образ святой наивности.

Я отворачиваюсь, делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю, пытаясь подавить эмоции.

– Вы все наказаны, – на удивление ровным тоном произношу и завожу двигатель. – Не дети, а банда уличных иллюзионистов, – бурчу чуть слышно. Так и норовят взрослых облапошить. Главное, у них это получается!

Почти трогаюсь с места, но тут же ставлю на ручник. Беру вибрирующий телефон. Недоуменно изучаю неизвестный номер.

– Инспектор Авдеев, – летит из динамика, как только я прикладываю трубку к уху. Поморщившись, мысленно перебираю все известные мне фамилии.

– Простите, кто? – уточняю аккуратно, а сама готовлюсь сбросить звонок. С чертятами разобраться надо! Скорее домой отвезти и там уже продолжить воспитательный процесс.

– Дорожно-патрульная служба, – чеканит он вдруг, и я напрягаюсь. – Вы знаете Адама Туманова?

Затихаю и чувствую, как внутри все леденеет. Разрозненные частички информации соединяются в единый пазл.

Если Адам действительно отмечал приезд с другом в клубе всю ночь, как планировал, и после бурной ночи, не до конца протрезвев, сел за руль, а сейчас со мной разговаривает гаишник, то это значит, что…

– Он в аварию попал? – сипло лепечу.

Как еще объяснить, что звонит мне именно инспектор, а не сам Туманов?

С другой стороны… А почему вообще набрали именно мой контакт? Я ему никто.

Собираюсь задать этот вопрос, как чертята устраивают хаос.

– Авария? – мгновенно цепляется за знакомое слово Васька – любительница всего, что связано с транспортом: от мультиков про тачки до взрослых информационных программ вроде «Главной дороги». И об авариях она слышала, как бы я не пыталась оградить ее от этого.

– А? – на всякий случай мрачнеет Макс.

– Мам, мам, мам, – пугливо зовет Ксюша, не позволяя мне и слова вставить.

Салон мгновенно заполняется детскими голосами и криками.