Жена на выход

Иначе твой отец обанкротится и нас за собой потянет. Поэтому-то он ничего не рассказывает тебе, Карина. Гордость и самоуверенность не позволяют ему признать своё поражение, – он всмотрелся, пытаясь считать реакцию. – Вместе нам придется помочь ему, но так, чтобы он не знал всех… кхм… подробностей, иначе будет только мешать своей импульсивностью.

Я обреченно взглянула на Валерия и неопределенно мотнула головой.

– Все это похоже на заговор, – тихо пролепетала, внутренне готовясь к капитуляции. Ключевому не было смысла обманывать меня.

– Я изначально был против того, чтобы втягивать тебя в это! Но Максимилиан уперся, что больше никому, кроме тебя, не доверяет, – на эмоциях выпалил мужчина. – Однако, соглашусь, в этом выборе он оказался прав…

Растерянно перевела взгляд с Валерия на Макса, а тот лишь напряженно сжал губы в тонкую линию и опустил глаза, чтобы я не смогла понять его эмоции.

– Теперь назад пути нет. Игра началась. Вы сейчас по одну сторону баррикад, так что придется вам засунуть свои обиды в тепленькое местечко и отложить выяснение отношений на потом, – поучительным тоном отчитал нас Ключевой.

 – С Костей сейчас буду говорить я! Ваше дело – соглашаться!

Стоило всем замолчать, как в кабинете появился Огнев. Он загадочно кивнул Валерию, отдал ему мобильный и сел во главе стола.

– Мы переговорили, всё нормально, – коротко заключил папа.

Видимо, этот телефонный разговор был отвлекающим маневром Ключевого, чтобы выиграть для нас пару минут.

– Константин, на следующей неделе лечу в Дубай к Хуршиду, – заговорил Валерий, а я озадаченно посмотрела на Макса.

Тот слегка кивнул, намекая, что всё в порядке. – Максимилиан не справился, буду вместо него доделывать начатое, – убедительно врал мужчина, окончательно ввергая меня в шок. – Так вот. Отпусти со мной Карину, если она, конечно, не против. И ей практика отличная будет, и развеется немного, и мне поможет на месте с электронными документами, мало ли, правки какие внести, принять-отправить… Я-то, старый пень, с техникой не очень дружен… Стравинский останется в России, – напоследок заявил он.

Огнев самодовольно хмыкнул, скользнув взглядом по Максу, мол, ничего удивительного, а потом задумчиво посмотрел на меня.

– Как же ты оставишь… – начал папа, но я перебила, чтоб он ненароком не назвал Алексу по имени.

– За малышкой присмотрит Амелия, она справится, – спокойно заверила его, хотя у самой сердце разрывалось от предстоящей разлуки с ребенком.