Жена на выход

Он стоял спиной ко мне, глядя в окно.

Поставив эспрессо на стол, села в кресло, терпеливо дожидаясь, пока папа обратит на меня внимание. Каждая секунда тянулась для меня слишком долго, но, наконец, он повернулся и удивленно округлил глаза. Решила начать разговор с «шоковой терапии».

– Тебе не удалось заключить сделку с Эдвардом?! – я скорее не спросила, а произнесла утвердительно.

– Откуда ты знаешь? – прокашлял он и сел напротив, с прищуром глядя на меня.

– У меня свои источники информации, – хмыкнула многозначительно.

– Девочка моя, – ласково, но будто с высоты своего опыта обратился ко мне. – Не стоит забивать голову этой рутиной. Я пошел навстречу и согласился взять тебя на практику, но всё же уверен, что тебе не следует сейчас погружаться в суровый мир бизнеса, – говорил он, даже не подозревая, что кое-кто меня уже так погрузил, не выплывешь. – Скоро ты улетишь в Англию, закончишь обучение, а там видно будет.

Я поперхнулась глотком кофе, и черные капли упали на мою блузку, подписывая ей смертный приговор. Но не успела огорчиться, так как меня больше волновали слова папы. Создавалось впечатление, что он уже всё за меня решил, но забыл ознакомить с планом моего же будущего.

– Па, ты же знаешь, что «дети, кухня, церковь» – это не моя история. Да и с замужеством перспектива неясная.

«Мой максимум на ближайшее время – это фиктивная жена!» – подумала и горько ухмыльнулась.

– Раз уж ты настаиваешь, – Огнев положил руки на стол, – расскажу в двух словах… Мы сейчас работаем над мощным проектом по строительству туристско-рекреационного комплекса в Эмиратах. Ведем переговоры с инвесторами. Не с одним, так с другим заключим сделку. Говорю же, рабочие моменты, ничего сверхсекретного не происходит…

– Я могу чем-то помочь? – подалась вперед, не разрывая зрительного контакта с отцом.

– Не… – начал отец и осекся, споткнувшись о мой недовольный взгляд. – Не знаю пока, но подумаю. Сейчас отправь эти документы по почте, пожалуйста, – протянул мне пару листов.

В это мгновение я особенно четко осознала, что он лишь создает иллюзию моей работы здесь, а на самом деле даже не воспринимает всерьез. Проглотив обиду, встала и направилась к выходу.

Вдруг дверь распахнулась, и в кабинет вошел сияющий, как золотая монета, Ключевой.