Замок на двоих

– «Скорее» вряд ли получится при ее-то характере, – с тяжелым вздохом проговорил герцог, и я услышала звон графина. По всей видимости, его светлость решил промочить горло. – Хоть бы за год управиться. И вообще, давай оставим ее пока в покое. В замке на всех хватит места. Со временем Алексия успокоится и сама захочет покинуть его.

– Нет! Я не потерплю здесь еще одну хозяйку, – воскликнула платяная моль с уже знакомыми мне властными нотками. – Мы должны избавиться от нее!

– Это прозвучало, как цитата из детектива, что я закончил читать на днях.

– Дорогой, не цепляйся к словам, – в голосе Джастины появилось раздражение. Казалось, она вышла из себя, но всячески пыталась усмирить бушующий внутри гнев.

– Хорошо, не буду, – примирительно сказал герцог. – Твои предложения.

– Давай отравим ее.

Меня тотчас пробрала холодная дрожь. Потрясенная до глубины души, я отпрянула от стены. Мне не показалось? Она на самом деле сказала «отравим»?

– Что сделаем? – прогромыхал опекун.

– Отправим.

Я облегченно выдохнула и вытерла о платье взмокшие ладони. Ослышалась! Только странно, что не одна я. Да и в коридоре стояли магические кристаллы. Странное дело…

– Фух… – громко протянул герцог. – Я уж думал, ты сказала другое. Куда мы можем отправить Алексию? В сельскую местность? Больше некуда. Ни один приличный и заботящийся о репутации пансион не возьмет ее на воспитание.

– Мы отправим ее на тот свет.

На этот раз от испуга я икнула. К собственному ужасу, неприлично громко.

Не будь в коридоре кристаллов, неожиданный спазм диафрагмы выдал бы меня с головой. Прикрыв рот ладонью, на случай, если я вновь надумаюсь икать, продолжила тщательно прислушиваться к разговору.

– Что ты такое говоришь, Джастина?! – взревел герцог. – Как бы мне ни хотелось, чтобы замок целиком и полностью перешел в мои владения, я не стану причинять Алексии вред. Это низко и бесчеловечно!

– Шерри, милый, не кипятись так, – заворковала платяная моль сладким голоском, – а то заставишь меня окончательно убедиться, что эта жердь запала тебе в душу.

Тогда я начну ревновать и совершать опрометчивые поступки… К тому же мне в пору обидеться, ведь у меня и в мыслях не было навредить Алексии. Наоборот, предложив отправить ее на тот свет, я руководствовалась исключительно благими намерениями.

Казалось, блондинка намеренно называла меня при каждом удобном случае жердью, чтобы лишний раз принизить.

– Поясни, – требовательно сказал брюнет.