Личная красавица босса. Свадьбы не будет!

И о цене всех титулов, корон и первых мест в конкурсах красоты.

– Я новенькая, – «мультяшка» осторожно пятится назад, но переливающаяся прядь в моих пальцах не позволяет ей далеко отойти, натягиваясь. – Если возьмете, – посылает мне милую улыбку.

Куда же ты лезешь, принцесса?

Дергаю за волосы сильнее, наказывая ее и заодно проверяя. Натуральные все-таки. Мысль о фабрике моделей больше не кажется мне дикой.

Если Рапунцель не создали искусственно, то ей неоткуда больше взяться. Не существует таких в природе.

– Возьму, красавица, – одним резким движением расстегиваю ремень.

Дальше все происходит стремительно и на автопилоте. Я не собираюсь пользоваться услугами шлюхи, но каким-то образом она оказывается на столе.

Убеждаю себя, что просто испытываю, как далеко «девочки Валевского» могут зайти в погоне за баблом, а сам сильнее вжимаюсь пахом между ее ножек. Рапунцель ерзает на мне, словно освободиться хочет, но как-то неуверенно. Бедрами скользит по поясу моих брюк, зацепиться пытается или оттолкнуть, но соскальзывает к краю стола.

Замирает испуганно, ощущая, как я упираюсь в нее. Сложно не заметить, насколько топорщится ширинка. Еще одно ее эротичное движение на моем пахе – и молния треснет.

Я не похотливое животное и секса мне с Маринкой достаточно, но Рапунцель заводит не на шутку. Профессионалка все-таки. Да и ситуация щекотливая.

Мда… Похоже, я все-таки скрытый извращенец.

– Вот и поработаем, – выдыхаю хрипло.

Обхватываю раскрасневшиеся щечки ладонями – и намеренно грубо впиваюсь в пухлые губы. Кусаю, не жалею. С неприсущей мне яростью и жестокостью. Пусть не думает, что все мужики с ней цацкаться будут. Должна знать, на что идет, дура!

– М-м-м, – мычит возмущенно.

Не пускает. Стискивает зубки, чуть ли не поскрипывая ими. Она мне ничего не отгрызет?

– Не переигрывай, принцесса, – оторвавшись от нее, приказываю с глухим рыком.

– Вы… Что… Творите вообще? – дышит часто, сбивчиво, а упругая грудь поднимается в такт.

– Имитация оргазма входит в прайс или цену набиваешь? – ухмыляюсь издевательски.

– А?

Затыкаю ее рот поцелуем. Действую на этот раз нежнее, аккуратнее. Пробую на вкус. И злюсь на нее за то, что мне нравится.

Докатился. Тянет к проститутке.

Рапунцель брыкается в моих руках, но я лишь сжимаю трепещущее тельце крепче. Она безоружна против мужской силы.