Чужая невеста босса. Ты будешь моей!

А мама уверена, что я дома с отцом. Они в разводе, – поспешно поясняю, когда Роман "ломается". – Если я напомню о себе сейчас, посреди ночи, могут быть вопросы. Особенно у отца.

Мысленно ругаю себя за излишнюю откровенность. Во всем виновато вино. И дурацкий «сюрприз». Я до сих пор не отошла от шока.

– Папина дочка, – тепло усмехается мужик и в этот момент выглядит почти нормальным. А потом в нем будто тумблер перещелкивает, и он гаркает на всю комнату: – Сколько лет?

– Пятьдесят три, – выпаливаю в испуге.

Хмурюсь, и он повторяет за мной, как отражение. Только в кривом зеркале. – А зачем вам возраст моего папы?

– Тебе, блин, лет сколько? – уточняет все так же нервно. И вновь оказывается вплотную ко мне.

– Д-девятнадцать, – лепечу, запрокинув голову до судороги в шее.

– Ф-фух, – выдыхает мне в лицо. Свежей мятой и терпким кофе. А я инстинктивно облизываю губы, которые не вовремя вспоминают вкус его поцелуев. – Минус статья.

– Какая? – мысли опять улетают в далекие края.

Боже, все, чего я хочу в данный момент, – это вернуться в теплую постельку и лечь спать. А не выяснять отношения с чужаком, который меня…

– Неудобная. За развращение несовершеннолетних, – вырывает из полусонного вакуума. – И хрен же на суде докажешь, что я как бы жертва. Еще и присяжные засмеют.

Опускаю ресницы, наслаждаюсь секундной темнотой – и медленно открываю глаза.

– Суд? Какой суд? – зеваю, не стесняясь. – А, вы несерьезно? Вы бы предупреждали, когда шутите. Я не всегда вас понимаю.

– В следующий раз табличку сделаю с надписью «Смех» и буду поднимать на каждой шутке, – говорит размеренно, а его голос все сильнее отдаляется. – Что-то ты совсем поплыла, – аккуратно приобнимает меня, но я уже не сопротивляюсь. – Иди в ванную.

– Зачем? – опомнившись, толкаю его в грудь и отступаю назад. Судорожно одергиваю на себе рубашку. Хотя она и так длинная. Безразмерная. Кажется, три меня в ней поместятся.

– А зачем ходят в ванную? Искупайся, освежись, резиновых уточек попускай.

Взбодрись немного, в общем, – ведет меня к выходу. – Я пока в квартире приберусь. Ты не против, если я твой сюрприз… сразу в большой мусорный пакет? – выглядывает в коридор и обреченно, с надрывом вздыхает.

– Да делайте что хотите, – сдавленно всхлипнув, вытираю нос ладонью. – Все равно он не удался.

– Как сказать, – оборачивается, хитро прищуриваясь. – Я, например, удивлен и поражен. Значит, функцию свою он выполнил.