Чужая невеста босса. Ты будешь моей!

 – Я не хочу мотать срок за то, что какая-то сумасшедшая самоубьется в моей квартире.

– Как это… в вашей квартире? – обмякает, забыв про смущение. Обнажена передо мной, раскрыта. Так и хочется коснуться ее. Провести пальцами по плавным изгибам. Поднять голую девочку на руки, вернуть в постель… Закрыть гештальт, чтоб его! Однако заставляю себя собраться.

– Вот так, – одной рукой перехватываю ее запястье, а второй – забираю кубок. Бережно ставлю его рядом. – Меня зовут Рома, и это моя квартира, – представляюсь таким тоном, будто сижу в клубе анонимных алкоголиков.

В темноте нахожу свою рубашку и, приподняв растерянную гостью, заботливо накидываю ей на плечи. Импульсивно прижимаю к себе трясущееся, как в лихорадке, тело, поглаживаю подрагивающие плечи.

– Каролина, – тихонько лепечет. Будто сквозь дрему.

– Лина, значит, – запускаю пятерню в ее волосы, сгребаю в кулак на затылке. – Вот и познакомились, Лина, – ухмыляюсь, когда она обессиленно роняет голову мне на грудь. – Ты как вообще?

Прислушиваюсь к ее сиплому, слабому дыханию.

– Ужасно, – шепчет честно, опуская мою самооценку ниже плинтуса.

Но я забываю обо всем, когда Каролина теряет сознание.

Писец, тушите свет! Кстати, а что с электричеством?

Глава 7

Каролина

– Скорая?

Хриплый, грубоватый бас вторгается в мое сознание из ниоткуда. Летит, как спасательный круг утопленнице, и я мысленно хватаюсь за него, выныривая из холодной глубины на поверхность.

– Тут девушке плохо. Записывайте адрес…

Прикрыв лицо рукой, из-под полуопущенных ресниц пытаюсь осмотреться. И почти мгновенно нахожу огромную, мутную фигуру, которая бродит по комнате, как доисторический медведь в тесной пещере.

Цепляет плечом угол шкафа, заставляет его покачнуться и загреметь содержимым. Фиксирует, упираясь в дверцу лапой. Кажется, матерится.

Медленно поворачивается ко мне, и я импульсивно зажмуриваюсь.

– Что случилось, спрашиваете?..

Шаги становятся ближе – и резко останавливаются возле моей кровати. Грозный голос тоже обрывается, сменившись тяжелым дыханием. Слышится лишь недоуменное покашливание.

Я лежу, не шелохнувшись, и притворяюсь мертвой. На всякий случай. Если бы еще сердце так громко не стучало!

– Хм… Что случи-илось, – звучит где-то над головой. Задумчиво, хмуро и… растерянно.