Сердце тьмы

– Стелла, я не переживу, если какой-нибудь неотесанный мужлан выберет меня, – тихонько всхлипнула сестра и взмолилась: – Давай спрячемся где-нибудь на время отбора.

– Колин, даже не думай об этом! – пригрозила ей. – У нас нет денег, чтобы купить муки и поленьев, а штраф ты чем собираешься платить? Или хочешь стать рабыней на всю оставшуюся жизнь?

– Только представь, что станет с мальчиками, если нас обеих изберут эти дикари, – не унималась она, словно оглохла.

– Не бросайся в крайности, – с толикой раздражения произнесла я и повела плечами.

 – К тому же у мальчиков есть отец, который, думаю, явится со дня на день. Сама знаешь, что к концу месяца он, как правило, возвращается.

– Знаю, вот только как надолго? – с тяжелым вздохом вымолвила Колин и потерла явно заледеневшие руки.

– Тут уж как золотинник ляжет. На цепь не посадишь, не собака. Иди в дом. Скоро ребятня проснется, а еще печь не топлена и вода не согрета к завтраку, – решила я озадачить сестру, надеясь, что братья займут ее до моего возвращения.

Она кивнула, поднялась по скрипучим ступенькам и скрылась за дверью. Чтобы согреться, я сразу же побежала без оглядки.

Сбор на ратушной площади был назначен на семь вечера, следовательно времени побродить по лесу и раздобыть что-нибудь на ужин у меня имелось в достатке. Многие не раз замечали, что не женское это дело, но что мне оставалось? Младшему брату в прошлом месяце исполнилось только девять. Что он умел? Валежник собирать? Да и Колин, несмотря на свои восемнадцать, была еще такой мягкой и по-детски наивной.

Ей нравилось заботиться о нас. Сестра жалела всех и вся и едва ли не каждый раз оплакивала мою очередную добычу, поэтому и в этом деле мне приходилось справляться самой. Правда, к нему я постепенно приучала братьев.

Конечно, пять ртов прокормить нелегко, но и бросить их на произвол судьбы, подобно отцу, от которого уже полгода ни слуху ни духу, я не могла. Но о нем никто не волновался, поскольку к подобным исчезновениям единственного родителя мы со временем привыкли.

Впрочем, как и рассчитывать лишь на свои силы. Разве что Марчел, старший из братьев, порой спрашивал, не было ли от того вестей.

Поскольку наш дом находился на окраине города, до леса было рукой подать. Обычно в такую рань мне никто не попадался на глаза, но в этот раз все произошло иначе. Стоило добраться до дороги, как из-за поворота появилась кавалькада всадников.

«Иларги!» – завопил от страха внутренний голос.