Обрученные затмением

Она заглушала громкие и безудержные рыдания, оставляя меня наедине со своими страхами и нескончаемой виной.

Пожалуй, прошла вечность, прежде чем я затихла, сняла с ручника машину и вновь отправилась в путь. От голода, тряски и пережитого потрясения у меня возникло сильное головокружение. В таком состоянии сложно противостоять грозному родителю, сердце которого, со слов Мии, сильно ожесточилось за прошедшие годы. Поэтому на мирную встречу с отцом не рассчитывала. Следовало перекусить, привести в порядок мысли, в сотый раз повторить заготовленную речь, но все кафе словно сквозь землю провалились.

За несколько миль мне не попалось на глаза даже закусочной, и я, скрепя зубами, продолжала медленно катиться по заснеженной дороге.

Вскоре произошло то, чего так боялась – на приборной панели красным огнем загорелся индикатор топлива. И это в считаных милях от дома!

– Вот невезенье! – выругалась я и нехотя повернула в соседний с Эмбаррасс городок, чтобы «покормить» свою обжору.

Рядом с заправкой неизменно стоял бар.

Его красная неоновая вывеска манила меня, обещала накормить хрустящей жареной картошечкой или сочным чизбургером. Не в силах больше противостоять голоду, припарковала «форд» возле увеселительного заведения и вошла внутрь.

Резкий запах пота ударил в нос и заставил поморщиться. Он перестал волновать меня, едва на моей персоне сосредоточилось множество взглядов. К тому же в помещении стало неестественно тихо. Одни завсегдатаи бара удивленно вскинули брови при виде нового посетителя, другие слегка выпятили подбородки и плотно сжали губы.

За годы моего отсутствия в Авроре мало что изменилось. Местные жители по-прежнему относились к появлению чужаков с опаской. Но разве меня можно было назвать таковой? Или причина их настороженности крылась в другом?

Постепенно интерес мужчин ко мне поубавился, и они вернулись к былым занятиям: шумным разговорам, выпивке, игре в бильярд. Пожалуй, едва ли не каждый представитель сильного пола в этих краях любил погонять шары после тяжелой рабочей недели.

Лишь один визитер по-прежнему таращился на меня. Он не удосужился опустить глаза или отвернуться, даже когда я окинула его уничижительным взглядом.

Молодой человек сидел в компании сверстников с бокалом загадочного зеленого пойла. Залпом осушив его, он со стуком припечатал посудину к столу и продолжил наблюдать за мной, хоть уже и не так открыто.

На вид загадочному посетителю было около двадцати пяти, может, чуть больше.