Сумеречные лучи

Цифра с болью отдалась в ее голове лишним напоминанием о возрасте, и от волнения Света Дягилева по привычке схватилась рукой за свои жидкие каштановые волосы. Она нерешительно замерла у входной двери, подумав, что когда-нибудь она почувствует тяжесть обручального кольца на безымянном пальце, что сейчас касался ее головы.

– Светка, мы тебя уже заждались! – Анна Владленовна рывком распахнула дверь и вместо приветствия затолкнула подругу в квартиру. На ней была безвкусная бордовая блузка, поверх которой женщина навешала дешевые бусы разных цветов, отчего стала походить на цыганку.

– Аня, не успела тебе сказать во время похорон, что я так сочувствую! – начала Света, но ее подруга нетерпеливо махнула рукой.

Алексей Петрович робко выглянул из-за двери в гостиную и, слабо улыбнувшись, едва заметно махнул ей рукой.

– Ты чего там своими ластами размахался? – Грозно спросила Анна Владленовна, – шел бы лучше на кухню, водку из морозилки достал, пингвин.

Света сняла свое черное пальто и осторожно повесила его на пластиковые плечики, заботливо валявшиеся на полу в ожидании гостей.

– Анна! – Прокаркал из кухни старик, – это что за херня тут на столе? Где бутерброды нормальные?!

– Зачем так грубо? – Пискнул Алексей Петрович откуда-то из коридора.

– Отец сегодня не в духе, – покачала головой Анна Владленовна и зашла в гостиную, – а у нас, между прочим, будет настоящая польская закуска! Я, значит, на той неделе видела по телевизору, что поляки делают какие-то маленькие бутербродики и запивают все это охлажденной водкой!

– Типа канапе? – Уточнила Света, приоткрыв рот.

– Да черт его знает кто! – Рассмеялась Анна Владленовна, – давай, скорее мой руки, сейчас будем за стол садиться.

– Больше никого не будет? – Подняла накрашенные брови женщина.

– А кого звать? – Пожала плечами она, – Лешкина мать из своей…

На кухне кто-то прогремел тарелками.

– …не поедет, прости за мой французский, – закончила Анна Владленовна, – патлатые дружки Костика мне здесь не сдались, знаешь ли.