Его ребенок

– Я хочу сказать, что я всего лишь пришла на вечеринку по случаю начала учебного года к своему одногруппнику. Вместе с остальными своими одногруппниками, – вторую часть вопроса я проигнорировала, потому что она помахивала абсурдностью. Это свадьба моей лучшей подруги! Конечно же, я здесь не случайно! Скольников промолчал, а я продолжила, все еще глядя на маму, которая определенно уже отчитывала за что-то Кристину. – И этот самый одногруппник – ваш однофамилец, кстати, – что-то мне подмешал, – последнее я произнесла со злостью, хоть и не хотела ничего выяснять.

Сделанного не вернешь, и не стоит зря расстраиваться из-за того, что ты уже не в состоянии изменить. Но как же мне было гадко, кто бы знал.

– Ты хочешь сказать… – на мгновение его голос дрогнул, а мне малодушно захотелось обернуться и посмотреть ему в глаза. Каково это? Ему тоже неприятно? Или ему все равно? Но я, конечно же, сдержалась, продолжив разглядывать маму и Кристину. Цепляясь за них, словно за свой спасательный круг, лишь бы не скатиться в отчаяние и не начать заниматься самобичеванием.

А что уж чувствует этот напыщенный индюк, меня никак не должно касаться.

– Да, именно это я и хотела сказать, – я хмыкнула и крепче сжала пальцы на ножке бокала, – что меня опоили со вполне ясной целью. Домой в таком состоянии уехать я не смогла, а потому спряталась. Увы, вы нарушили мое уединение.

– То есть ты хочешь сказать…

– Да что вы заладили одно и тоже, словно вас заело… – Я все же обернулась и зло уставилась на него.

Удивительно, но Скольников был растерян.

Неужели к нему так часто прыгают в кровать голые девки, что он даже на секунду не подумал о том, что со мной что-то не в порядке? Я урывками помнила ту ночь, только вот прекрасно запомнила, как…

– Или вы возомнили, что я настолько без ума от вас, что решила покорить вас своей девственностью и неопытностью, но при этом вела себя как течная сука? – Я вздернула бровь и растянула губы в обворожительной улыбке, скрывая за ней всю свою боль и разочарование.

Разочарование, которого никто и никогда не увидит. Ни Скольников-младший, ни Скольников-старший, ни мама, ни сестра, ни тем более Олеся, чью свадьбу я ни за что в жизни не испорчу.

Марк отвел взгляд. Его челюсти крепко сжались, так же как и кулаки.

«Ба, да мы, оказывается, не настолько хорошо умеем держать себя в руках!» – мысленно возликовала я.

И есть что-то, что может вывести из себя этого холодного типа. Что ж, буду мучиться не я одна. Прекрасно.