Его ребенок

Маму еще летом повысили, поставили на очень перспективную и высокооплачиваемую должность, и пусть она почти все время теперь пропадала в заграничных командировках, но на учебу для сестры, так же как и на мою, у нас теперь были деньги. Моих личных накоплений хватало на два семестра вперед. Очень с этим мне помог Глеб, когда заплатил неприлично большую сумму за услуги няни.

Конечно же, лучше бы той ситуации не было вообще, но летом Олесе стало плохо и, потеряв сознание, она получила травму головы. Они с Глебом тогда только начинали сближаться и не жили вместе.

Няни у Олесиной малышки не было, а единственной, кого знала и принимала моя Морковочка, пока ее мама лежала в больнице, была я. Две недели я жила в соседской квартире Олеси, заботясь о Марише, пока не мог Глеб. Еще я помогла найти ему няню, но никак не ожидала, что на мою карту поступит такая огромная сумма, ведь я сделала бы все то же самое и безвозмездно, потому что ближе Морковочки и Олеси у меня были только мама и сестра.

После того как отпала необходимость в подработке, я вернулась с отгулов, но уволиться так и не смогла, слишком хорошими у меня были отношения с директором кафе, ей была мама одной из моих одногруппниц, и я сильно была ей обязана удобным графиком и повышенным окладом.

Лишь из-за этого я согласилась доработать до октября, а сейчас считала дни до заветной свободы.

– Кариш, – на кухню, шаркая по полу своими пушистыми тапочками-собачками, зашла Кристина, – смотри, ты его знаешь?

Сестра подставила мне под нос свой телефон с изображением Скольникова-младшего.

– Лучше бы не знала, – поморщившись, произнесла я и отодвинула ладонью ее телефон.

Глаза бы мои этого засранца не видели, но он, как назло, со среды по пятницу не пропустил ни одну пару. Больше не подходил ко мне и даже не заговаривал со мной, но смотрел слишком… кровожадно, что ли? Кристина положила телефон на стол, так и не свернув страницу инстаграма, словно специально издеваясь надо мной, и пошла к холодильнику.

– На плите сырники, малая, – не оборачиваясь, произнесла я и сделала медленный глоток уже второй чашки кофе. Первую я выпила как раз таки с сырниками.

– Вот и не лень тебе так заморачиваться, – усмехнулась сестра, но все же зашумела посудой.

Мамы опять не было, она только на прошлой неделе вернулась из командировки и во вторник опять уехала. А я же любила поесть вкусно. Да, это я любила больше, чем просто готовить. Тем более сегодня у меня был выходной.