Иная судьба. Книга 3

 – А ну, покажь, что у тебя там? С чем ты сюда перенеслась?

Аннет выразительно повертела в руке портальное зеркальце, ставшее вдруг на ощупь ледяным. Заодно проморгалась. Впереди была пустота….Ах, нет, просто почти у ног пол обрывался, и виднелись первые ступени вниз. Она обернулась . За спиной обнаружились массивные стеллажи, заставленные книгами в потрёпанных переплётах, дверной проём, ещё один стеллаж. Потолок с мощными балками угадывался, хоть и в темноте, но рядом, низко. Судя по всему, её занесло в мансарду или антресоль, вроде тех, что во флигелях для прислуги в Гайярде… Узкая лестница с вытертыми посредине ступенями начиналась буквально в полушаге, а у самого её основания, воинственно уперев руки в боки, какая-то белобрысая малявка зыркала на непрошенную гостью.

– У-у, взялась тут на мою голову, да ещё с этой цацкой… Ты, что ли, и есть та самая сучка Диана?

– А ты, что ли, и есть старая карга-отравительница? – тотчас нашлась Аннет, сообразив, за кого её приняли.

– Я не карга! – возмутилось юное создание.

 – И бабка моя сроду каргой не была, а уж отравительницей и подавно! Сами упьются микстурой, меры не зная, а потом всё на честную ведьму сваливают. Извинись сейчас же!

– Ну и ты извинись. – Бывшая трактирщица не намеревалась давать спуску какому-то там недоразумению. – Никакая я тебе не Диана, и уж тем более не сучка.

Белобрысое создание неожиданно хмыкнуло.

– Что не Диана – теперь вижу. Таких, как она, тут немало к бабке хаживало, брезгливых, аж тошнит.

Всё носы платочком затыкали, делали вид, что вонь тут у нас несусветная…

Аннет невольно принюхалась. В воздухе сладко-горчаще пахло травами: их пучками были щедро завешены продольные перегородки в шкафах, стенные просветы, дверной косяк; даже с потолка что-то свешивалось. Тянуло ветхостью – запахом, свойственным домам-долгожителям; да ещё тем самым специфичным душком старости, который долго не выветривается, когда одряхлевший владелец умирает, но вещи, скарб всё ещё тут, доживают за хозяина.

Но какой-то особой вони, возможно, присущей зельеварению и ядотворению, не ощущалось. Хоть тресни.

Аннет пожала плечами.

– Вот я и говорю, – совсем уже нормально продолжила девчушка, поправляя громадные круглые очки, то и дело сваливающиеся с хорошенького носика. – Не сучка. Прости уж, чего уж там. Обозналась. К бабке редко кто из нормальных людей заходил. Да ты давай, спускайся, что ли, нам, как ни крути, говорить-разговаривать теперь нужно.