Иная судьба. Книга 2

Что не мешает им скупать чужих чад и ставить над ними страшные опыты. Для них это дело ничуть не хуже иного, приносящего прибыль. Вот что страшно. И ведь это уже вторая шайка в Галлии, а могут быть ещё! Эти – заезжие, но как бы они ни оставили здесь местных преемников…

– Я подумаю над этим, – сдержанно ответил Модильяни. – Вместе с Максимилианом.

– Вот-вот. С ним. Без нового закона здесь не обойтись, поэтому… думайте. Через неделю жду. Винс…

– Да?

– Ты не задумывался ещё и над тем, что хватит тебе капитанствовать? У тебя слишком хорошо получаются дела иного толка.

– Иногда нужно дать себе встряхнуться в бою, ваша светлость. К тому же порой куда полезнее увидеть ситуацию своими глазами, а не через донесения. Для этого, кстати, вы меня и гоняете по всей Галлии… Нет, я своих ребят не брошу. Иначе заплесневею и покроюсь архивной пылью, если отдам всего себя вашим поручениям. Глоток свежего воздуха тоже иногда нужен.

– Ты прав. – Герцог вновь глубоко вздохнул.

 – Глоток воздуха… – И вдруг улыбнулся. – А давай мы тебя…

– Только не надо говорить, что мы меня женим, – поспешно добавил капитан. – У вас свой воздух, у меня свой, ваша светлость. И наличие в нём женских ласк и домашнего уюта для меня пока необязательно. Ещё не созрел для уз.

– Хм-м-м… – благодушно протянул герцог. – Посмотрю, как ты запоёшь через месяц-другой… Пигмалион.

– Попрошу без намёков. Я искренне симпатизирую госпоже Доротее, но это чисто дружеский интерес.

– И исследовательский…

– Ну, разумеется.

– Посмотрим, Винс, посмотрим… Что ж, пора возвращаться. Что у нас там напоследок?

– Дело об отравительнице из Роана.

Его светлость, взявшись было за перила лестницы, замедлил шаг и нахмурился.

– Отравительнице?

– Вдове некоего купца Россильоне вменяют в вину отравление мужа, причём не случайное, а подготовленное заранее, иначе говоря – умышленное. Что усугубляет преступление. Обвиняет брат покойного, тоже из купцов, но не столь удачливый в делах.

От него поступил донос, что неоднократно он, якобы, наблюдал ссоры брата с супругой, которая и в обычной жизни не отличалась кротостью характера. Впрочем, в роковой день, да и за целую неделю до этого, она вдруг притихла, стала добра и миролюбива, и вся её строптивость куда-то подевалась. По словам брата покойного, он уже тогда начал что-то подозревать.

– Продолжай.

Его светлость, не торопясь, спускался по лестнице.