Ночи Лигурии

Может быть, выпитый аперитив плюс вино, а может быть романтика озера, которая разжижает мозги похлеще, чем растворитель лак.

Тёплые губы Лоренцо касаются моих. Итальянец целует нежно, медленно, смакуя процесс. Поглаживает мою спину кончиками пальцев. Даже сквозь куртку и свитер от прикосновений Энцо по коже бегут мурашки. Резкая смена образов – с агрессивного самца на трепетного любовника дезориентирует меня. Отвечаю на поцелуй. Язык Лоренцо скользит в рот. Сплетается с моим языком. Колени предательски дрожат. Голова кружится от парфюма Спада.

Сейчас в ней скачут белые единороги и порхают розовые феечки, окутанные плотным запахом амбры, сандала, бергамота и перца.

Энцо проходится губами по моей щеке, скользит по шее. Вцепляюсь в мужские плечи, чтобы не рухнуть прямо на набережную. Тело наполняется негой и невесомостью. Надо было дожить до двадцати девяти лет и стать заложницей мафиози, чтобы узнать, каково это, когда теряешь голову от поцелуев. А ведь всегда считала подобные высказывания несусветной чушью.

Руки Лоренцо опускаются с моей талии на задницу. Сильные ладони сжимают ягодицы. Поцелуи становятся напористее, горячее. В данный момент итальянец откровенно имеет мой рот своим языком. И мне, чёрт возьми, это нравится.

– Не представляешь, как сильно я хочу тебя трахнуть, – рычит в ухо Спада.

– Нет, – отталкиваю мужчину от себя. Его слова разрушают магию невербального выражения желаний. Трезвят, возвращая из сахарного мира феечек и единорогов. – Я замёрзла. Пошли назад.

Если Лоренцо и удивился резкой смене моего настроения, то вида не подал.

Сделав короткий жест телохранителям, предусмотрительно державшимся на почтительном расстоянии во время наших поцелуев, молча развернулся в сторону дома.

– Энцо, – нарушаю молчание, когда мы заходим на территорию виллы.

– Ммм? – смотрит на меня сверху вниз.

– Можно мне завтра днём пойти на озеро? Я бы хотела сделать наброски.

Итальянец задумывается на несколько секунд, затем кивает.

– Можно. Я выделю тебе двоих охранников, – уже было направляется в гостиную, но вдруг резко разворачивается и угрожающе произносит:

– Выкинешь какой-нибудь фокус – сдам в самый грязный притон.

Будешь обслуживать извращенцев, пока не сдохнешь.

Глава 7

София

Местные жители считают, что озеро Комо – самое красивое на планете. У меня нет оснований с ними не согласиться. Вода переливается на солнце бесконечным количеством оттенков бирюзового, нежно-голубого, ультрамаринового, сапфирового.