Любовь в долг

 – А ну, перестал капризничать и начал есть!

– Не буду! Не хочу! – казалось, что мальчик вот-вот разревётся.

– В таком случае, ты останешься голодным. Смены блюд не будет! – Жозе произнёс это таким жёстким, пугающим тоном, что Марина непроизвольно съёжилась, хоть и не понимала смысла слов.

Эдуарду вскочил из-за стола и побежал прочь из столовой.

– Немедленно вернись за стол! Сядь на место! Я кому говорю! – закричал португалец, но ребёнок и ухом не повёл. Даже не обернулся.

Лицо мужчины потемнело от злости.

– Маленький засранец! – Жозе сделал несколько больших глотков вина.

– Не знаю, что ты там ему наговорил, но это звучало как угроза. Жутко. Даже я испугалась, – тихо сказала Марина.

– Он слишком избалован и непослушен! – раздражённо бросил португалец.

– А ты не пробовал по-хорошему договориться с ним? Найти общий язык? – спокойно спросила русская.

– Ха, ты мне будешь ещё советы по воспитанию детей давать? – злобно огрызнулся Жозе.

– Извини, – Марина встала из-за стола.

– Ты куда?

– Прогуляться. Что-то расхотелось есть.

Девушка вышла из столовой.

– Да и пошла ты! – процедил сквозь зубы хозяин дома. – Пошли вы все! – громко добавил он.

***

Марина лежала в своей кровати и читала, когда раздались громкие крики Эдуарду. Девушке стало не по себе. Она попыталась сосредоточиться на книге. Происходящее в доме Феррейра её совершенно её должно касаться. За ужином Жозе ясно дал понять, что не стоит вмешиваться в семейные дела.

Русская прошла по коридору и открыла дверь, из-за которой раздавались крики. Мальчик стоял на большой кровати, рыдая взахлёб. По комнате были разбросаны игрушки. Женщина средних лет, срываясь на крик, злобно выговаривала что-то племяннику Жозе. От её слов ребёнок ёжился и смотрел по сторонам затравленным взглядом, как дикий зверёк.

– Замолчите.

Няня удивлённо уставилась на неё.

– А Вы кто? – спросила женщина на португальском.

Марина проигнорировала вопрос и показала няньке на дверь.

– Вон отсюда.

Вряд ли португалка знала английский, но ледяной тон незнакомки и красноречивый жест не требовали объяснений словами.

Тем временем Эдуарду упал на кровать и начал колотить ногами и руками по постели.