Её восточная любовь

Аль-Саттар зажимает клитор между подушечками пальцев и слегка оттягивает его. Отпускает. Интенсивно массирует. Мои стоны становятся громче. К своему стыду понимаю, что ещё немного и кончу. В момент, когда меня начинает трясти от приближающегося оргазма, шейх отстраняется. Поправляет мою сорочку.

– Ну что? Успокоилась? – произносит игривым тоном. – Я же сказал, что ты будешь стонать подо мной. Это был тебе урок. А теперь возвращайся в свою спальню. Не заставляй меня вызывать охрану.

– Скотина! – выкрикиваю, вскакивая с постели.

– Я тоже люблю тебя, рубин моей крови, – раздаётся лёгкий смех за спиной, когда я уже вылетаю в коридор.

Амир

Шейх дал себе слово, что не прикоснётся к Зое до тех пор, пока она сама не захочет его. Он понимал, что её приход был жестом отчаяния, а не желанием отдаться по любви. Но когда Амир ласкал податливое женское тело, то вдруг сделал для себя неожиданное открытие – девушка голодная до сексуальных утех.

«Бедная девочка. Сколько же ей пришлось натерпеться от этого испанского идиота. Даже бабу трахнуть нормально не может,– думал аль-Саттар стоя под холодным душем. – Но ничего, когда малышка откроет мне своё сердце, я буду любить её каждый день и каждую ночь. Надо только подождать».

Секс как самоцель не интересовал Амира. Вернее интересовал долгое время, но не в случае с Зоей. С ней он хотел нечто большего. А для примитивного удовлетворения базового инстинкта всегда есть много желающих женщин. И, кстати, с одной из таких мадемуазелей пора распрощаться.

Жюстин была актрисой и моделью французско-испанского происхождения. Особым талантом она не отличалась, но поскольку происходила из состоятельной семьи, то благодаря связям и знакомствам родителей, киностудии открыли ей свои двери.

Высокая, с точёной фигуркой, ангельским личиком, светлыми волосами и большими глазами цвета лесного ореха, Жюстин на первый взгляд производила впечатление робкой девушки-подростка. Но за этим невинным фасадом скрывалась алчная и прожжённая бестия. Любительница жить в роскоши, актриса с лёгкостью меняла мужчин, как перчатки. Её не смущал ни возраст избранника, ни его происхождение. Важным был только размер банковского счёта.