В твоих глазах я сгораю

Вера тоскливо смотрела в окно, а я, как придурок, думал: как ее развеселить? Не слишком ли она перепугалась, когда приключилась эта канитель с ней на вокзале? Можно ли об этом говорить с Алиной или лучше умолчать?

И даже любимые песни не расслабляли меня. Я ощущал какое-то напряжение между нами и понимал, что веду себя как минимум странно. Я выехал на проспект Мира. Дорога оказалась свободной в сторону ВДНХ, поэтому я смело сказал первое, что, на мой взгляд, было логичным:

– Давай сейчас заедем домой, ты расположишься, а после займемся, чем ты захочешь.

Вера лишь что-то промычала в ответ.

Мне показалось или ей действительно неуютно со мной находиться? Но, почему? Эти мысли не давали мне покоя. Я покрепче обхватил руль и стал тихонько напевать песню. Вера, наконец, прервала молчание, спросив:

– А вы далеко живете от центра?

– Не особо, мы живем на «ВДНХ».

Вера замолчала, а после с дрожью в голосе спросила:

– А это что такое?

– Так называется станция метро.

– Там есть парк?

– Да, – я улыбнулся ей самой ослепительной улыбкой. – Он очень красивый по вечерам!

– Здорово, – произнесла Вера, улыбнувшись кончиками губ. На ее щеках появились маленькие кокетливые ямочки.

«Точно ребенок», – подумал про себя и свернул на улицу, что вела к нашему дому. Молчание меня напрягало, и мне казалось, что я чем-то обидел Веру, хотя, по правде говоря, ничего такого я не сделал. Поэтому, чтобы как-то начать общение, я поинтересовался:

– Как добралась?

Вера начала теребить подол своего сарафана.

– Неплохо, – выдохнула она наконец-то. – Не считая того, что произошло…

– Где ты его подцепила?

Не услышав ответа, я понял, что сказал что-то не то. Точнее, не так выразился. Укол совести пронзил сердце, и я решил сразу же исправить ситуацию:

– Ну… то есть как так вышло?

Вера облизала пересохшие губы и едва слышно ответила:

– Я сидела в вагоне и читала книгу, когда ко мне… ну… то есть…

Я понял, что ей сложно даются свежие воспоминания после такого происшествия, поэтому помог ей:

– Он к тебе начал приставать?

– Да, – кивнула Вера.

– А что было дальше?

– Он подсел ко мне… начал приставать, потом…

Очередной тяжелый вздох Веры ранил меня сильнее, чем вся эта ситуация. Ну что же она так мучается? Ну как ей помочь?

– Потом пришли проводник и охранник.