Дегустатор ядов

Майе оторвался от дверного косяка, сделал несколько шагов в моем направлении и иронично заметил:

– Если не вылетишь оттуда прежде, чем настанет полночь. Странно, что этого не случилось еще вчера…

– С чего вдруг? Меня там вполне все устраивает, – ответила я с наигранным недоумением и начала загибать пальцы. – Две комнаты, собственная ванна, кровать с балдахином, большая коллекция книг. О чем еще может мечтать бедная адептка?

– С того, что в этих покоях и дня никто не прожил с тех пор, как умер архимаг Клирел.

Теплое дыхание коснулось губ, вызывая приятную дрожь в теле. Угомонившееся сердце вновь пустилось вскачь.

– И вы туда же, – фыркнула я и попыталась отклониться как можно дальше. Не вышло, помешала высокая спинка стула. – Нет там никакого ночного духа. Вы его видели?

– Его нет, а вот синяки под глазами слуг, претендовавших на эти покои – не раз. – Майе достал из кармана брюк серебряные часы, открыл крышку и снова убрал их.

– Со слухом, как и с обонянием, у меня все в порядке.

Исчерпав тему разговора, он снял взмахом руки запирающее заклинание с двери, что связывала дегустационную комнату с кухней, и толкнул ее воздушным потоком. Слуга с круглым подносом в руках тут же уверенно шагнул в помещение. Его ливрея состояла из бордового камзола с вышивкой по бортам, коротких белоснежных штанов, перчаток, плотных нитяных чулок и, конечно, золотых галунов.

Я убрала маленькую серебряную клипсу в кожаный футляр, сделала глубокий вдох и ощутила изумительный аромат тыквенного пирога. Эта нежная и вкусная выпечка давно стала в нашем королевстве символом семейного единения, которого мне не дано было познать.

Стараясь не поддаваться грустным мыслям, я отрезала крохотный кусочек выпечки, быстро поднесла к носу, пару раз шумно втянула исходящий от него запах и, не уловив ничего необычного, положила в рот. Песочное тесто великолепно сочеталось с яркой начинкой.

Я подала лакею знак уносить выпечку, повернулась вполоборота и возмутилась:

– Так и будете дышать мне в спину?

– Не вижу в этом проблемы, – ответил личный надзиратель.

– Вы мешаете мне работать. Лучше займитесь делами. Уверена, у вас их полно, – произнесла я с нарастающим раздражением.