Дегустатор ядов

Разве что от родных и близких, но с Робертом пришлось поступиться принципами. Увидев серебряную клипсу на бархатной подушечке, я не смогла сказать «нет», ведь с ее появлением моя жизнь стала намного лучше.

Скрип двери, распахнувшейся от сквозняка, выдернул меня из размышлений. Я немного помедлила и направилась к парочке, которая по-прежнему щебетала в конце коридора.

– Как прикажете, генерал, – отозвалась женщина томным голоском и провела кончиком указательного пальца по полоске белой кожи на груди, едва прикрытую грубой тканью светло-серого платья.

– Не сегодня, Кэролайн.

Майе покачал головой и посмотрел в мою сторону. Женщина последовала примеру предмета воздыхания и пришла в замешательство. Очевидно, она настолько была сосредоточена на его охмурении, что не заметила, как у разговора, не предназначавшегося для чужих ушей, появился слушатель.

– Чего встала? Иди куда шла! – гаркнула она на меня, как только опомнилась.

– Жду, когда вы закончите беседовать и покажете мне комнату, – отозвалась я без тени эмоции, предполагая, что ответ окончательно спутает ей планы.

– Какую комнату? – растеряно спросила обольстительница Майе, поспешив подтянуть платье повыше.

– Кэролайн, познакомься с Мореной Лоуренс, нашим новым дегустатором, – голос генерала вновь приобрел неприятный пронизывающий холодок.

– Дегустатором?! – взвизгнула рыжеволосая женщина, не заботясь о покое отдыхающих.

С противным скрипом одна за другой начали открываться двери комнат, а из проемов высовываться взъерошенные головы охранников и слуг. Новость оказалась неожиданной для здешних обитателей, и им тотчас захотелось посмотреть на новую жертву обстоятельств.

– Спать! – прокричал Майе.

Если кто и спал, то подъем был обеспечен. Боясь навлечь на себя гнев Демона Ночи, зеваки незамедлительно скрылись из виду.

Я недоуменно захлопала ресницами, двинулась следом и громко спросила:

– Какие распоряжения будут касательно завтрашнего дня? Вернее, сегодняшнего, – бегло исправилась, ведь на дворе была уже полночь.

Генерал развернулся, но остался на прежнем месте. То ли настолько устал, что каждый шаг теперь давался с трудом, то ли хотел, чтобы я сама подошла к нему.