Кровь в моем стакане

Хлои состроила ему свою коронную наимилейшую-умоляющую мордашку. Крис же непоколебимо округлил глаза, кивая в сторону вампира.

– Ну пожа-алуйста, – заканючила девушка. – У меня же выходной!

– Сегодня у тебя выходной. А в прошлый раз тебе надо было срочно ехать к больному отцу, который – как оказалось – ничем на самом деле не болел!

– С утра мне показалось, что он был слишком бледным. Эй, я заботливая дочь, что в этом плохого?

– Ага, а в позапрошлый раз тебе не понравилось, как новообращенный выговаривал твое имя.

– Терпеть не могу, когда меня называют этим дурацким «Фло-о-о».

– На этот раз тебе не отвертеться, – Крис, уже предчувствуя победу в споре, похлопал ее по плечу. – Твоя очередь. И даже не пытайся снова пустить слезу. Со мной это больше не сработает.

– У тебя нет сердца, – буркнула она.

– Эй, о чем вообще речь? – вмешался в разговор вампир, щеки которого снова налились румянцем под действием отвара.

– О том, кто из нас будет тебя курировать, – охотно ответил ему Крис.

– Курировать? – вдруг заволновался вампир, заставляя Сумеречных вновь взглянуть на него с настороженностью. – А это еще зачем? Я и сам себя нормально курирую. Людей не кусаю, плачу налоги. Вы освободили меня – спасибо. А теперь я просто дойду до своего дома и досмотрю, наконец, сериальчик.

– Это ненадолго. Мы просто убедимся, что ты не представляешь угрозы.

Осознав неизбежность надвигающегося курирования, вампир показушно вздохнул и поплелся за девушкой. Но вдруг остановился.

– Надо найти веревку.

– На кой черт тебе веревка? – судя по тону, Крис начал терять терпение. Он был их тех, у кого была аллергия на долгий и пустой треп.

– Для Али. Чтобы она не улетела по пути домой.

– Только не говори, что ты собрался взять с собой альпаку, – у Хлои начал дергаться левый глаз.

– Али. Пойдет. Со мной.

***

– Значит, вы нашли его там запертым, а Древние, по вашим предположениям, уже покинули это место?

– Да, причем давно.

Хлои хотела сказать то же самое, но ее опередил Крис. Поднявшись со своего места, он деловито поправил одежду. Горделиво вздернутый подбородок говорил о том, что он максимально переключился на роль Сумеречного.