Самка человека, или Конец жары. Роман в стиле импрессионизма

– Уже 11 ночи, я не успею рассказать… А ты умеешь смотреть в глаза, не щурясь? Или у тебя со зрением проблемы?

– Не уходи от темы.

– Я как раз по теме, – она усмехнулась, – по-моему, ты стараешься сузить взгляд на тему, и на жизнь.

– Значит, ты не передумала? – Он присел перед ней, обхватив ее бедра.

– Я так понимаю, разговор должен идти в одном русле и в заданном направлении?

– Но ты же не монахиня?.. А разве ты не хочешь?.. Ну, ты же хочешь, – произнес он уверенно вкрадчиво.

– Ну, допустим.

– … – Он ответил движением рук.

– Но, – она остановила его руки, – мы ведь не животные, что бы на одном желании спариваться.

– А что? Чем тебе животные хуже? Чем мы их лучше?

– А вот именно, мы – ничем. Они животные и животные. А мы люди – и как животные. Вот и все. И я так не хочу. Слушай! – Вдруг она вспомнила тему! – Ну, объясни мне, неразумной женщине, отказывающейся от шикарного секса с тобой, чего с детьми делать будем? Или у тебя обойма презервативов под подушкой?

– Все нормально, я осторожно.

– Не, не надо мне осторожно. У меня сестра именно так и забеременела. Только там парень больше нее жениться хотел. А с тобой – шутки плохи, уже понятно. Ты в следующий раз, если секса хочешь, так сразу и говори. А не заводи серьезные душеспасительные беседы.

– Так, а ты что, согласилась бы? – чуть было не пожалел он задним умом.

– Я бы сразу отказала, и не трепали бы друг другу нервы. «А может и согласилась бы… Меньше знаешь – лучше спишь», – чуть было не пожалела она.

Он молча поднялся и уселся в свое кресло, так же молча разошлись по постелям. Однако он опять возобновил уговоры словом и делом, когда они уже улеглись спать.

– Слушай, – проговорила она устало. Ее вымотала эта борьба внутри и снаружи, – ведешь себя совсем неприлично и непорядочно. Это же насилие, по сути, психологическая атака. Ты будто предлагаешь мне выбрать, а по факту – все это время не даешь мне права выбора. Психологическое насилие – это тоже насилие, немногим лучше.

– Ты что такое говоришь! Ты что говоришь?! – испугано запричитал он, – я – насильник! Да никогда со мною такого не было! – Он соскочил с дивана, побежал на кресло, возмущенно повторяя, – я – насильник!

Она удивилась скорому и верному эффекту. Вот это да! Мы так зацеплены за приличие! Слово нам не понравилось! Да… и у очень уверенных мужчин есть слабые места.

…«Только теперь не пожалей о своей победе.