Большая (не)любовь в академии

Я готова была испепелить его взглядом, а вот в темно-карих глазах так и не увидела ненависти, с которой ожидала встретиться. Неужели он не держит больше на меня зла?

– Меган, – заговорил маг вкрадчивым голосом, – если твое имя не попало в газеты, это не значит, что мне не удастся разузнать все по своим каналам.

– Так в чем проблема? Дерзай.

Стефан никогда не бросал слов на ветер. Несомненно, не получив ответа, он так и сделает, но отчего-то я не могла найти в себе сил признаться в содеянном.

– Может, я хочу услышать именно твой рассказ, а не своих осведомителей.

– А должна? – внезапно я заметила, что неустанно дергаю кожаный ошейник. Глубоко вздохнув, убрала руку.

– Мы давно знакомы. К тому же ты сестра моего лучшего друга.

– Забыл упомянуть о своем новом статусе, – не без ехидства добавила я.

Одна часть меня велела успокоиться, в то время как другая подначивала высказать Стефану недовольство, вызванное его согласием на просьбу главы академии.

– Каком? – его темная бровь вопросительно изогнулась.

– Ты ведь теперь мой надзиратель.

– Разве у меня была возможность отказаться? Да и что плохого в том, что я помогу тебе на первых порах? Меган, если ты думаешь, что мне больше нечем заняться, как ходить за тобой следом, то глубоко ошибаешься. Будешь справляться, никто про тебя даже не вспомнит. Или ты не хочешь принимать именно мою помощь?

Его высказывание охладило мой пыл.

– Прости, дело не в тебе. Я злюсь на ректора.

– Почему? – Стефан нахмурился, словно на самом деле не понимал причины моего негодования.

– Зачем он так поступил? Обязательно было назначать мне куратора? – я подошла к столу, налила в чашку холодной воды и сделала несколько глотков.

– Не вижу причины для злости. Как правило, за всеми новичками закрепляют более опытных работников.

– Но почему тебя? Ты ведь не преподаватель!

– Кто тебе такое сказал? Опыт у меня, конечно, небольшой, но последние пять лет в свободное от работы время я читал лекции в Имперской академии, там и получил звание магистра.

Я почувствовала, как челюсть в очередной раз за день отдавливает мне ноги. Боюсь, скоро придется все время ходить с раскрытым ртом.

– Эдгард не рассказывал, – произнесла я, пытаясь прийти в себя после услышанного.