Семейство Петровых

Его сводило с ума, когда Леночка, порхая как бабочка, пролетала мимо, окутывая Петра Петровича ароматом своих духов. Ночами он не мог спать, слушая звуки, доносившиеся из спальни сына. Насытившись друг другом, молодые засыпали сладким сном, а Петр Петрович ворочался в своей постели до утра, представляя нежное тело невестки и сладкий вкус ее поцелуев.

Неприятный разговор

Так длилось пять лет. И вот Петр Петрович стал замечать, что Леночка все чаще вечерами одна. Грустная улыбка на ее пухлых губках не могла скрыть беспокойства.

– Лена, – обратился к ней Петр Петрович. – Мне кажется, ты чем – то расстроена, что – то на работе случилось?

– Нет, Петр Петрович, на работе все в порядке, повышение предлагают, – ответила Лена.

– Что же тогда? – настаивал он, подойдя к ней и слегка наклоняясь в ее сторону. От Лены веяло свежестью, и он почувствовал легкое головокружение. Почти силой удержал он себя от прикосновения, так ему хотелось обнять невестку.

– Ничего, все хорошо, устала немного, пойду, прилягу, – ответила Лена и ушла к себе в комнату.

Весь вечер Петр Петрович не мог найти себе места. Он понимал, что если проблема не в работе, значит в его сыне. Ведь он замечал, как Николай задерживается вечерами, а по ночам из их комнаты все чаще доносятся разговоры и тихий плач Лены. В этот вечер Петр Петрович решил дождаться сына и все выяснить. Он задремал в кресле, и Николай разбудил его, спросив:

– Па, ты чего не спишь? Петр Петрович открыл глаза, оглянулся и, прокашлявшись, сказал:

– Тебя жду сынок, поговорить хотел.

– О чем, па, поздно уже, Ленка спит? – небрежно спросил Николай и загремел на кухне кастрюлями. Петр Петрович пришел в возмущение. Он боготворит Лену, а сын относится к ней как к чему – то обычному и не важному. Петр Петрович нахмурился и пошел на кухню. Заперев за собой дверь, он строго спросил:

– Ты чего грохочешь, у тебя жена спит?

– Я есть хочу, – огрызнулся Николай.

– А тебя что не покормили, там, где ты был? – съязвил отец.

– Пап, не начинай, – ответил Николай и набросился на еду. Петр Петрович с негодованием смотрел на сына, а затем спросил:

– Вот скажи мне, где тебя носит? Что у вас с Леной происходит? Она сама не своя, плачет часто.

– Ой, пап, ну ты же знаешь этих женщин, им лишь бы поплакать, из всего трагедию делают, – отмахнулся Николай.

– Лена не из породы истеричек.