Танец смерти: контрабандисты и загадочные убийства. Часть 1

 – Дело передано полиции. Возможно, они найдут недостающие детали.

Круглые, слегка заостренные на концах уши, имеющие сложную сеть бионических и техномагических систем, позволяющих Люмосу воспринимать и интерпретировать звуки, недоступные обычному слуху, чуть вздрогнули. Но никто, похоже, этого не заметил.

– Какова вероятность того, что наши худшие опасения осуществились и 'Пламя Феникса' начало воздействовать на определенные слои общества? – вопрос Данте, был риторическим.

– Все, что мы можем сейчас сделать, это строить предположения, – ответил полковник Грэм, мрачно нахмурив брови.

В комнате воцарилась тишина, которую нарушил майор Райт.

– Эмма Бартон… наши подозрения в ее адрес не были напрасны. Если бы не Алекс Блэквуд…

– Бессмысленно беспокоиться о том, что уже не исправить, – прервал его Шан, его взгляд был прикован к Данте.

Он перевел его на Кассандру, которая внимательно изучала мощные, ловкие лапы существа, напоминающие человеческие руки.

– Прекрати дразнить зверя в клетке, – строго произнес Фэн Лун.

– Это всё весьма похоже на хитро спланированный заговор, – заметила леди Вольфганг Магнус. – С учётом последних данных, мы можем столкнуться не только с потерявшими рассудок отпрысками аристократов, но и с потенциальными заказными убийствами.

– Почему я не удивлён? – с присущей ему иронией спросил полковник.

Тишина, окутавшая комнату, была настолько густой, что казалось, её можно разрезать ножом. Серьёзность момента была очевидной для всех.

– Нам нужно действовать решительнее, – произнёс Данте, нарушая затянувшееся молчание.

– Я с этим не согласна, – резко возразила Кассандра. – Идея использовать Элизабет в роли приманки мне категорически не по душе. Это слишком опасно.

– Но ведь именно ты первой предположила, что она может быть вовлечена в это дело, – перебил её Данте.

– Ты выбрал опасную дорогу, друг. Надеюсь, ты осознаёшь все возможные последствия, – предупреждающе произнёс Фэн Лун.

– Я не играю в игры, Шан. Моя цель – раскрыть заговор, несмотря на риски, – ответил лорд эйр Блейз.

Эндориец промолчал, но его напряженная поза говорила о его несогласии громче любых слов. Данте, в свою очередь, оставался неумолим. Его глаза сияли решимостью.