Мой враг, моя любимая

Между нами что-то происходило, и я никак не могла понять, что именно. Ясным оставалось лишь одно – я никогда раньше не испытывала ничего подобного. Низ живота свело судорогой. Скорее, приятной, чем болезненной. Неужели таково влияние этого перепачканного кровью и закованного в кандалы дикаря?! Меня волновал его запах, его бешеный взгляд, застывший на моих губах, но это напоминало лишь животные инстинкты. Те, которые подходили для лекхе, но не для охотника!

Я вспомнила утренний сон. Похожее томление. Но там все происходило по-другому.

И мой воображаемый любовник из снов испытывал ко мне другие чувства. Теплые чувства. Он любил меня и признавался в этом. В чем может признаться этот мужчина? Он только что пытался настроить меня против отца!

– Даже не вздумай… – пробормотала я, но так и не смогла сформулировать, от чего предостерегаю своего пленника.

– Почему? – его губы пошевелились, и я поймала себя на мысли, что, оказывается, тоже смотрю на них уже какое-то время.

– Потому что ты не для меня. Тебя расстреляют, если узнают, что ты поцеловал женщину не своего вида против ее воли. Это приравняют к изнасилованию.

– А это будет против ее воли? – в его голосе послышалась ирония.

Для себя я поняла две вещи. Первая – нельзя позволять, чтобы мой первый поцелуй случился с лекхе. И вторая – я уже никогда не стану прежней после нескольких минут в такой сумасшедшей близости от этого мужчины. Кажется, у моих любовников из сновидений наконец-то появится лицо…

Ивар быстро взглянул куда-то поверх моего плеча.

– Прости меня, Кира.

– За что? – удивилась я.

– Потом узнаешь.

Внезапно он рванулся ко мне, насколько позволяли цепи. Прижался бедрами, высекая из моей груди испуганный вздох. Нечто твердое уперлось в мою ногу и вызвало мурашки по спине. Я не успела отступить, как почувствовала прикосновение губ Ивара. Под моими закрытыми веками перевернулся весь мир.

Последние несколько месяцев я жила с ощущением тоски.

И все это я ощутила с лекхе. Если верить его версии, мы были кровными врагами, потому что мой отец уничтожил его семью. Но даже если нет, это не упрощало ситуацию. Ивар нарушил закон, и в лучшем случае его посадили бы.