Мистические истории. Ребенок, которого увели фейри

А умерла тетушка Джоанна в ночь после того самого разговора, когда она твердо вознамерилась дожить до ста двадцати семи годов.

– И что же теперь делать? – спросила миссис Хокин.

– Думаю, лучше нам будет посмотреть, что есть в доме, а то как набежит ворье да как пораскрадет все до последнего гвоздя.

– У кого ж рука подымется?.. – возражает миссис Хокин. – Да еще при покойнике в доме.

– Я бы за это не поручился, в наши-то времена, – говорит ее муж. – И знаешь, по мне, так не будет большой беды, если мы взглянем одним глазком, что у старушки есть из запасов.

– Ну да, точно, – согласилась Элизабет, – какая в том беда.

В спальне стоял старый дубовый сундук, туда фермер с женой и сунулись. А там – ну и ну! – лежат серебряный чайник и полдюжины серебряных ложек.

– Каково! – воскликнула Элизабет Хокин. – У нее серебро, а у меня один только британский металл[27 - Британский металл (британий) – сплав олова и сурьмы, часто с примесями меди и цинка, по виду напоминающий серебро; вошел в употребление в Великобритании (отсюда его название) с середины XIX в.

– Небось из зажиточной семьи происходила. Помнится, кто-то говорил, у нее когда-то водились денежки.

– Смотри-ка. Внизу лежит тонкое белье, простыни и наволочки, да какое нарядное!

– Да ты сюда смотри, сюда, – закричал Джейбес, – в чайнике-то монеты, по самый верх набито! Вот черт, откуда ей столько привалило?

– Не иначе как от приезжих из Сент-Айвза и Пензанса[28 - Пензанс — портовый город на юго-западе Корнуолла, на западном берегу залива Маунтс.

– Боже праведный, – вырвалось у Джейбеса, – был бы я наследник, купил бы корову; мне без еще одной коровы просто зарез.

– Да, без коровы нам зарез, – согласилась Элизабет. – Но глянь на постель: в сундуке такое отличное белье, а здесь одна рвань.

– И кому же достанется серебряный чайник с ложками и деньги, хотел бы я знать.

– Родни у нее не было, одна Роуз Хекст, а ее покойница не жаловала, в последний раз сказала мне: не желаю иметь ничего общего с этими Хекстами, ни с ними, ни с их свойственниками.

– Это были ее последние слова?

– Самые что ни на есть последние – больше она ни со мной, ни с кем другим не разговаривала.

– Раз так, то вот что я тебе скажу, Элизабет: наш святой долг – позаботиться о том, чтобы свершилась воля тетки Джоанны. Слово покойницы – закон.