Табия из двух сердец и снега

Он двинулся по направлению к ней, мимоходом скинув пальто, шарф и перчатки на спинку стула, и Элли как завороженная смотрела в холеное породистое лицо и тонула в порочной зелени глаз, пока в самый последний момент не опомнилась.

– Как я пойму, что вы – тот самый лорд Торнтон, Тень? – прошептала она, когда он взял ее еще холодные ладошки в свои сильные теплые руки и чуть пожал пальцы, пристально вглядываясь в лицо. – Я никогда вас не видела. Вы не присылали свое фото в письмах.

– Я полагал, вы тысячу раз видели мое фото в прессе, – равнодушно пожал Тень плечом и наклонился, поднеся руку Элли к губам, но не отрывая от нее взгляда.

Брови у него были прямые, ровные, вразлет. От теплого поцелуя, оставленного на коже, ее колени предательски ослабели. Сегодня ночью этот красавец-лорд будет принадлежать ей, или Элли съест собственную некрасивую шапку!

– Я не видела ваше фото, – покачала она головой и смущенно прочистила горло от предательской хрипоты.

– Вы меня боитесь? – усмехнулся он.

Элли еще раз откашлялась и чуть спасовала: выдернула руку, вытерла взмокшие ладони о свою уродскую длинную черную юбку.

– Я – женщина рациональная, милорд.

– Тень… – мягко поправил он.

– Тень, – кивнула Элли. – Я привыкла делать все правильно, не ошибаться. В этом особняке никто не встретил меня, даже слуг нет, но мне пришлось войти внутрь, потому что на улице такой мороз, и я сильно замерзла… – Тут очень хорошо и правдоподобно получилось вздрогнуть, будто вернулся озноб.

– Что ж, по-моему, мы и сами отлично представились друг другу. Да и нужны ли нам официальные представления после того, сколько бумаги мы перепортили, общаясь друг с другом?

Он снова взял ее руки в свои, сжал крепче, чуть опустил веки, читая по памяти:

– «Мне кажется, я так влюблена, что узнаю вас даже с завязанными глазами, Джеффри. Заведите меня в темную комнату, оставьте там совершенно одну, а затем зайдите в полном мраке – и все равно я пойму, что это именно вы.

Лорд вдруг резко стиснул пальцы Элли, и она тихо ахнула.

– Мы не в темноте, и я вас касаюсь. В письмах вы обещали узнать меня и в более сложных обстоятельствах. А сами начали звать милордом и ни разу не вспомнили мое имя.

Сердцебиение у Элли участилось, и она не знала, то ли это от жгучей зелени мужских глаз, то ли от досадного промаха.