Нагуаль

– А где мое обручальное кольцо? Тебе его отдавали вместе с другими моими вещами?

Я надеялась, что этим вопросом убью двух зайцев: получу информацию и плавно подведу-таки мужа к необходимости объясниться за свое поведение. Но Джеймс лишь пожал плечами.

– Нет. Его там не было.

«Так почему же ты вообще их забрал?!» – захотелось вдруг завопить мне, но я сдержалась. Вместо этого коснулась его бедра. От прикосновения Джеймс слегка вздрогнул, и я в который раз подумала, что внутри он далеко не так спокоен, каким хочет казаться.

– Можно я посмотрю твое?

Остановившись на светофоре, он протянул мне руку, тонкий ободок выделялся на загорелой коже. Я провела кончиками пальцев по рельефной поверхности, покрутила вокруг оси – наверх выползли буквы, прежде спрятанные со стороны ладони. «Хантеру от Фэй».

– Мое кольцо похожее? – спросила я.

– Они парные.

– Что написано на моем? – я неохотно подняла взгляд. Дышать одним воздухом в салоне с непонятным мне мистером Уорнотом и не покрываться липким потом не удавалось.

Джеймс отобрал руку и кивнул, трогаясь с места на зеленый.

– Значит, я – Фэй?

– Угум.

– А ты – Хантер?

Он ядовито усмехнулся моим попыткам корчить из себя Капитана Очевидность.

– Выходит так.

– Кто придумал нам эти дурацкие клички?

Несколько секунд Джеймс занимался тем, что увлеченно следил за дорогой. Пожалуй, даже чересчур сосредоточенно.

– Значит, это правда? Врачи не ошиблись? Ты совсем ничего не помнишь?

Мне стало обидно.

– Я бы не стала тебе врать, Джеймс, – проворчала я и отвернулась к окну.

– Ну конечно, – снова ровным голосом отозвался он, – само собой, Кристина.

Почему-то мое родное, привычное имя прозвучало в его устах, как издевка. Я уже слышала, как он называет меня «Фэй» – содрогаясь от злости и возбуждения при этом. Фэй волновала его, к ней Джеймс не умел оставаться равнодушным. «Кристина» он произносил, будто обращался к пустому месту, и от этого мне становилось обиднее и больнее вдвойне.

– Можешь дать мне телефон? – не попросила, потребовала я, а когда муж повернулся, даже руку вверх ладонью протянула. – Мой телефон. Верни его.

– У меня нет его с собой, – отмахнулся он.

– Тогда свой. Дай, пожалуйста.

– Зачем?

– Сделать один звонок. Родителям, – я с трудом держала себя в рамках «не жаловаться, не скандалить, не просить», хотя очень мечтала их нарушить.