Черный код

Но как они приходят к выводу? Только через свои догадки. Мне не требуется строить догадки. Я получаю доступ к событиям от первого лица.

– А если возникнут сомнения, что это именно воспоминание, а не фантазия? – продолжала въедливая старуха.

– Поверьте, я пойму. Существуют неоспоримые признаки. Фантазия создается совместно. Мозг объекта рождает идею, мой мозг ее подхватывает и воплощает. Я – строитель, который возводит здание по чужому эскизу, чтобы вам было более понятно. Только на самом деле это не здание, а кусочек воображаемой реальности, которую не так-то просто отличить от настоящей.

И вся эта выдумка создается за доли секунды. Но даже находясь в ней, ее можно менять. Сносить стены, сажать деревья.

Вронская приподняла бровь.

– Если же мы в воспоминаниях, – продолжила я, – то мозг объекта все равно воспринимает происходящее, как свершившееся событие. Оно пройдет своим чередом, как фильм. Я не смогу разбить стекло, если оно не разбивалось тогда в прошлом. Не сумею даже оставить отпечатка пальца на зеркале.

Вот вам и признак.

На секунду показалось, что мне удалось привести неопровержимый аргумент, но адвокат все равно наморщила лоб.

– Но опять же, если вы увидите все глазами участника событий, то как быть с полноценной картинкой? Он же смотрел только вперед, когда стрелял. А что происходило по бокам? Вдруг на месте преступления находился кто-то еще и сделал выстрел одновременно с ним? Как вы разбираетесь в таких случаях?

– Боковое зрение. Наши глаза получают основную информацию прямым взглядом.

Но одновременно с этим мы имеем более широкий угол обзора, только обрабатываем его подсознательно. Поверьте, того, что записалось на подкорке, не сможет осознать мой объект. Но я – смогу. Мой мозг вытащит это, сложит в единую картинку, словно склеит черепки разбитой вазы. И представит вам.

– Удачи, Анита, – кивнула, наконец, Вронская с холодной вежливой улыбкой на сухих тонких губах.

– Пожелайте удачи не мне, а ему, – фыркнула я, указав на ее подзащитного.

Глаза женщины иронично блеснули.

– В нем я уверена.

Мне бы такую уверенность. В себе. И в том, что я делаю правильный шаг.

Нацепив каменное выражение лица, я повернулась к Максу. Со скучающим видом он поджидал меня в окружении ремней и проводов. Я приблизилась. Мне предстояло установить с ним физический контакт. Проще говоря – взять за руки. Но когда пальцы оказались совсем близко от его ладоней, я поняла, что не могу. Не могу пересилить себя и коснуться рук этого мужчины.