Черный код

Свободной рукой он резко хватает меня за длинные пряди и дергает их, заставляя выгнуться. Другой – вводит в меня палец, глубоко, по самую костяшку. Мышцы моего живота сокращаются, я больше ничего не вижу перед собой, и некоторое время нахожусь в странном состоянии нирваны. Словно в тумане, чувствую, что Макс с силой хватает мое запястье, отводит руку ото рта, и понимаю, что все это время грызла собственный кулак. Взамен между моих губ появляется его палец, и я кусаю его, облизываю, вбираю в рот с совершенно безумным остервенением, просто потому что не могу иначе.

Очнувшись, я обнаруживаю себя в объятиях Макса, а его лицо – в каких-то жалких сантиметрах от моего. Я пытаюсь поймать его полураскрытые губы, еще не до конца отдавая себе отчет в действиях. Макс слегка дрожит, прижимая меня к себе, но уклоняется от ласки и произносит все тем же издевательским хрипловатым шепотом:

– Ты права. Гораздо приятнее, когда женщина сама хочет меня поцеловать.

Как вспышка в моей голове проносится озарение: что это было, и как я выглядела в его глазах.

– С-с-сука! – выдыхаю сквозь зубы.

Я отталкиваю его с силой, которой, к сожалению, не чувствовала в себе прежде. Макс с трудом удерживается на ногах, но больше не стремится ко мне. Отходит к противоположной стене, прислоняется к ней и просто съезжает вниз с видом человека, который смертельно устал. Складывает руки на коленях и прикрывает глаза. Я отворачиваюсь, чтобы торопливо застегнуть джинсы и одернуть кофточку.

– Если ты думаешь, что смог меня смутить, и после этого я перестану добиваться от тебя правды, то ты жестоко ошибся, – бормочу я и злюсь, потому что пальцы плохо слушаются, а пуговица выскальзывает из петли.

– Правды? – усмехается за моей спиной Макс. – Какой правды, Синий Код? Я всегда говорю правду. Я убил твоего профессора. Это ты себе лжешь. Во всем. Даже в том, что тебе не хочется меня по-настоящему.

– А тебе, видимо, хочется, – огрызаюсь я.

– Я сижу в одиночной камере и вижу только тупые рожи охранников.

Меня может посещать лишь старуха-адвокат, которую я не хочу видеть, сестра, которая никогда сюда не придет без моего разрешения, и ты, Синий Код. Через пару заседаний суда меня все-таки приговорят, с твоей помощью или без нее. Так что плохого в том, что я хочу напоследок… – Макс обрывает фразу, как будто глушит какой-то внутренний порыв, но потом едва слышно добавляет: – Тебя, Анита.

Я по-прежнему не поворачиваюсь, но теперь по другой причине. Я не верю своим ушам.