Ретроспектива

Один из аспектов принципа добровольности – требование, чтобы боттом сам просил о встречах.

– Боттом?

– Нижний партнёр.

– А. Я знала, – вернула она фразу Теодору. – Это важно? Раз ты главный, то ты и решаешь, когда и сколько.

– Главная ты. И именно ты должна контролировать свою готовность, продолжать или нет.

– Если ты так боялся за меня, зачем позже предлагал встретиться с другими?

– Во-первых, ключевое здесь – я предлагал. Я знал, кого рекомендую. Во-вторых, это произошло после знакомства с тобой. Я уже был в курсе, что ты отлично понимаешь, где игра переходит границы.

– Я – бывшая спортсменка. А нам нужно вовремя уметь сказать: «я так больше не играю». Кстати, я подумала, что мне это всё нравится, потому что я спортсменка и привыкла к острым ощущениям.

– Не исключено. Как и не исключено, что это может быть вообще не связано.

Они снова замолчали. Мира подыскивала подходящий вопрос. Она не хотела, чтобы волнующая её тема остыла.

– Занимался этим со своими девушками?

Она откуда-то заранее знала, что ответ ловко обойдут.

– Девушками… Ты удивишься, – Теодор задумчиво усмехнулся. – У меня были отношения только раз в жизни.

Веди за собой, заставляй следовать. Парируй. Тогда люди охотнее отвечают.

– У меня был такой период. Я просто поняла, что должна остаться одна. Хотелось чувствовать умиротворение от того, что личное пространство только моё. Не иметь дело с чужими эмоциями. А ещё есть обязанности, которые идут рука об руку с отношениями…

– Не думаю, что это обо мне, – отмёл Теодор предложенную версию.

Мира пыталась связать это заявление с тем, что он намеренно занимался практикой доминатрикса, потому что это исключало романтические отношения. Смятение отчётливо отражалось на её лице. Но скрывать его Мира не хотела. Она сказала то, что думала:

– Это отчего-то провоцирует у меня ещё больше ревности. Должно быть наоборот: чем больше девушек, тем больше ревности. Но одна? Это может многое значить.

Она говорила без зла и волнения. Показывая, что мир не разлетится вдребезги, если её предположения окажутся правдой.

Теодор долго молчал. Мира уже решила, что тема закрыта.

– Тебе не о чем беспокоиться, – сказал он равнодушно. – Она мертва.

Ужас ошпарил Мире затылок.

– Это произошло в Европе?

– Да.

Теперь разговор был точно окончен. Тема Европы – болезненная территория.