Измени со мной

– За тебя, – тихо произнесла я.

– Не слышу!

– За тебя, Матвей!

– Значит, идём домой спать! – он схватил мою ладошку и упрямо потянул за собой, не давая возможности даже толком обернуться и убедиться, что Ромка в порядке.

Он открыл дверь подъезда и впустил меня вперёд, тут же мягко подталкивая под спину к лифтам в широком холле. Когда створки разъехались, так же впереди себя пропустил в большой лифт и нажал на кнопку.

– Ты разве не понимаешь? – довольно резко спросил он у меня, выхаживая взад и вперёд по лифту, пока тот поднимался.

– Что?

– То как он привёз тебя домой в час ночи? В каком виде? Ты понимаешь, что я подумал? Что я почувствовал сейчас?

– Ревность? – не удержалась я.

– Страх! Гнев! Что кто-то может забрать тебя у меня!

– Не забрал! А спас в очередной раз! – злилась я, раз уж у нас случилась минутка откровений о чувствах, – а ты его избил вместо благодарности!

– Я не избил, а всего пару раз ударил! Он мужик, а не хрустальная ваза, Кристина! И получил он за свой длинный язык, а не за то, что помог тебе с колесом.

Я не хотела дослушивать, чем он решит угрожать мне. Или тем более Роме.

– А будет следующий раз? Когда ты выключишь телефон и пропадёшь? Когда я не буду знать, ни где ты, ни с кем?

– Кристина, – он сразу же всё понял, посмотрел на меня испытующе, – ты опять начинаешь?

Лифт прибыл на этаж, и двери раскрылись, я спешно направилась по коридору к нашей двери и тут же отперла её, слыша, как Матвей нагоняет меня.

Не успела я снять туфли в прихожей, как он налетел на меня сзади, захлопнув дверь и ловя в кольцо объятий.

– Неужели ты не чувствуешь разницы? – он пригнулся к моей голове и вжался щекой в волосы.

– Ты хочешь, чтобы я доверяла тебе, злишься, если я задаю вопросы. Но сам мне верить не хочешь! Ты приревновал и даже разбираться не пожелал, что случилось! – я вытащила руки из-под его, и развернулась к нему лицом, выпутываясь из объятий.

– И не буду! – заупрямился Матвей, не лучше упёртого барана. – Он своё заслужил!

– А передо мной? За такие подозрения, что ты мне в лицо предъявил! Что я предала тебя, что я изменила тебе! – меня начинало потряхивать от возмущения.