Холодное сердце пустыни

А год еще и не думал обрываться…

– Прикрой клюв и не ори, будь любезен, – Мун подставила ладонь, чтобы Алима слезла на неё, – тебя могут услышать.

Алима выбралась из волос королевы весьма неохотно. Мун очень хотелось шепнуть любимице, что и она скучает, но под пристальным взглядом Короля Воронов ей это делать не хотелось. Все равно что подставить ему уязвимое место.

– Да брось, он в отключке, – Эльяс глянул на Пауля сверху вниз, а потом задумчиво склонил голову набок, – помочь?

– Пошел ты со своей помощью, – устало выдохнула Мун.

– Всегда поражался, как при твоей сущности у тебя настолько грязный язык, Салли, – рассмеялся Эльяс, а затем присел, разглядывая Пауля. – Ты плохо обо мне думаешь. Один раз я бы тебе и просто так помог.

В воздухе запахло чарами временной дремы. Ну, надо же, Эльяс позаботился о том, чтобы северянин не проснулся раньше срока.

Значит, рассчитывает поболтать.

Проклятье.

– Не приходило в голову, что я просто не хочу быть вежливой с тобой? – едко поинтересовалась Мун. – Зря ты явился, Эль, я не нарушила тайну и пользовалась силой не для себя.

– Я знаю, – отмахнулся Эльяс. – Не приходило в голову, что я просто соскучился?

Да, точно. Они же считались друзьями.

Королева Ядов и Король Голода. Оба тесно обручены со смертью, и пустыня убивала своих гостей в основном руками Сальвадор и Эльяса эль Мора.

Какой-то кретин придумал чушь, что из них двоих выйдут отличные друзья. И распостранил эту идею среди смертных. Некоторые даже считали их любовниками. Кто-то – совсем одаренный придумал между ними помолвку.

И не было более глупой идеи, порожденной смертными за всю их тысячелетнюю историю. Это за последние несколько месяцев частого соприкосновения с этим типом осознала Сальвадор.

Эльяс эль Мор не мог быть её другом.

Насколько могут будь друзьями ворон и скоропион? Орел и змея?

Эльяс игрался в великого бога, а ей приходилось своими руками разбираться с несправедливостью, на которую подобные ему не обращали внимания.

Мир померк. Магия вновь заснула. Как же мешало ей сейчас это неуклюжее человеческое тело.

– Ты явился посмотреть на северянина? – поинтересовалась Мун, когда молчание затянулась.