Медальон Эрсидаха

Неизвестно, где бы вы сейчас были, если бы…

– Если бы что?

– Если бы я здесь не оказался.

– Вы видели, кто на меня напал? Кто это был? Почему не задержали? – сыпались вопросы из Вероники.

– В том-то и дело, что я его, видимо, спугнул. Когда я вбежал, вы лежали на полу, и больше никого не было.

– Но этот кто-то не мог же испариться? Не в дырку же в окне вылетел? И, кстати, еще вопрос – кто кинул камень в окно?

– Ника! Девочка моя, что там за шум? – послышался голос Марии Константиновны.

– Всё-таки разбудили, – прошипела Вероника и громко ответила: – Всё нормально, Марь Константинна, это я себе кофе на кухне варила и нечаянно табурет задела.

Спите, рано еще…

– Вот странно, разбитое окно не услышала, а наши голоса… Как же я сразу не догадалась! – и Вероника бросилась в прихожую. Сергей, ничего не понимая, пошел за ней.

Возле входной двери, которая была приоткрыта, она остановилась и обернулась к нему.

– Я так и знала. Он вышел, когда вы совали мне нашатырь под нос. Вы переключили внимание на меня, и он спокойно ушел.

А когда вы вошли, он находился в комнате, в двух шагах от вас, просто стоял за дверью и дожидался удобного момента, – сказала Вероника.

– Детективами увлекаетесь? – съехидничал Антонов.

– Хотя бы и так. А у вас из-под носа, может быть, убийца ушел, – парировала Вероника. – Это такой психологический феномен – человек сконцентрирован на деталях и упускает из виду главный раздражитель…

– Ладно меня учить, – перебил ее следователь.

 – Знаю не хуже вас. Эту слепоту восприятия фокусники используют. И мошенники. Нас целый семестр по этому вопросу натаскивали.

– Видно, плохо натаскивали!

– Вероника, если мы сейчас не прекратим пикировку, то упустим время, а оно играет против нас, – примиряюще сказал Антонов.

– Ладно. Только замок теперь сами чинить будете.

Вероника закрыла дверь на цепочку. Оба направились из прихожей в комнату, но по пути их снова остановил голос Марии Константиновны:

– Ника, я слышу, ты с кем-то разговариваешь.

Идите ко мне. Я все равно не сплю.

Они вошли в комнату к старушке. Она нисколько не удивилась появлению Антонова.

– Сереженька, как хорошо, что вы здесь. Именно вас мне и надо.

«Сереженька?!» Когда это они успели так подружиться?», – подумала Вероника, но вспомнила, что Мария Константиновна ко всем студентам относилась как к собственным детям и успокоилась. Видно, Антонов ассоциировался у нее с друзьями Лизы, а значит, был свой.