Медальон Эрсидаха

Моя Симка маленькой точь-в-точь такая же была.

– Да хоть английский король, нам все равно его некуда брать. Ты же знаешь, проблем хватает, – продолжала упираться мать девочки.

– Ну, мамочка… – захныкал ребенок, еще крепче прижимая к себе котенка.

– И не мамкай мне тут! Сказала, брось, значит брось! – опять заорала девица и достала из пачки новую сигарету.

Старк слышал, как бьется сердце девочки. «Врожденный порок, перегрузка левого желудочка, сужение аорты, без операции года три протянет…»

– Да возьми ты его Ляльке, смотри, как она к нему прилипла.

Много не съест, а малышке в радость. Кстати, говорят, коты лечат болезни, – поддержала ребенка мамина подружка.

– Ладно, я подумаю, – смягчилась девица, заглотнув очередную порцию табачного дыма.

Счастливая Лялька уже через минуту была возле подъезда, и потом бегом, не обращая внимания на колотящееся сердечко, взлетела на второй этаж, толкнула дверь ногой и только в прихожей выдохнула.

– Бабуля, смотри, кто у нас будет жить, мама разрешила, давай ему молочка дадим, смотри, какой хорошенький, правда, – без умолку трещала малышка и гладила, гладила, гладила этот неизвестно откуда свалившийся на нее подарок.

Из кухни выглянула бабушка, всплеснула руками, заулыбалась, – и вправду миленький – и пошла к холодильнику за молоком. Котенок осторожно вывернулся из объятий девочки и принялся осматривать свои новые владения.

Квартира была чисто убрана, мебель старенькая, в серванте вместо хрусталя, книги, из чего можно сделать вывод, что жили здесь явно не новые русские.

А ещё из кухни пахло блинчиками, и это сильно скрашивало нынешнее положение Старка. «Трое суток продержаться, и с новой луной только вы меня и видели», – подумал он и заурчал от удовольствия.

* * *

Девочку звали вовсе не Лялька, а Лиен. Такое имя ей дали по настоянию деда. Лиен звали медсестру, спасшую его во Вьетнаме.

Никодим еще в школе решил, что станет хирургом, но в Петропавловске-на-Камчатке такого вуза не нашлось.

Ближайшие только в Томске и Ленинграде. Ну, Никодим и замахнулся на военно-медицинскую академию имени Кирова и… поступил с первого раза, да еще на одну из самых сложных кафедр – военно-полевой хирургии.

После окончания он сам напросился на экспедицию во Вьетнам. У них в академии только и говорили о бесчеловечности американцев, посягнувших на демократическую республику. К тому же для военного хирурга Вьетнам был идеальным местом практики.