Легенды Иномирья: Записки Ирис

За всю её жизнь ей не доводилось слышать и половины тех оскорблений, которые она услышала сейчас от этого несносного старика. Вот так она и сидела, побледневшая, с минуту. А потом сдвинула тонкие брови и зло улыбнулась. Она нарочито медленно вложила стрелу в релурту и навела её на лесовика.

– Так вот, дед, – медленно проговорила она, – теперь поучать буду я.

Старик на том берегу ручья комично задрожал и заломил руки.

– Нет, нет, – хрипло запричитал он, – из меня выйдет плохая уха!

– Это была твоя последняя шутка, – ласково пропела лесовичка своим нежным высоким голоском.

Старик часто заморгал, видимо сообразив, что доигрался, а лесовичка «замедлила время». Она сама точно не знала, время ли замедлялось, или её движения так ускорялись, но мир вокруг застыл, алмазный ручей замер, розовые листочки успокоились и комичные глаза лесовика не успели моргнуть. Сейчас она всадит две стрелы в широкие рукава стариковского балахона – в правый и в левый, – а потом расскажет нахалу, кто она такая, какое будущее её ждёт и как почтительно надо к ней обращаться.

И тут случилось страшное: пальчики лесовички соскочили (а с ней такое иногда бывало) и стрела метнулась в старца, разя насмерть, в самую шею. Ирис завизжала, зажмурила глаза и потеряла сознание.

***

Когда Ирис очнулась, что-то сильно скребло всю её спину и затылок. Она с трудом открыла глаза, увидела перед собой голубое небо и тянущуюся к небу высокую траву, всё время перемещающуюся. Лесовичка приподняла голову и обнаружила, что седой старик бесцеремонно тащит её по траве за прекрасные стройные ноги.

Тут она припомнила эпизод на ручье и начала всячески вырываться, дрыгать ногами, цепляться руками за траву и кричать. Старик сразу отпустил её. Ирис вскочила на ноги, потеряла равновесие и села, но тут же снова вскочила и заняла воинственную позу.

– Ах ты, маленький сморчок! Ты хотел украсть невинную беззащитную лесную девушку! – сказала она, с негодованием прожигая старого лесовика лазурным взглядом.

– Ты – убийца, и вместо обучения в своей школе ты предстанешь пред светлые очи квазилендской королевы, которая свершит над тобой справедливый и страшный суд, – сурово сказал старик.

«Всё-таки я убила того нахала, – с ужасом подумала Ирис. – Очевидно, это какой-то другой старик. А я-то приняла его за того самого… Они все на одно лицо». Она постаралась поскорее взять себя в руки. Всё-таки её ждёт великое будущее, которое придётся завоевать, а потому жертв не избежать.