Боярыня Матвеева

Глава 5

Молодой человек лет двадцати семи сидел за столом и что-то писал. Он даже не поднял головы, когда Мэри вошла. Само собой, не встал и не поклонился. Госпожа Краузе-младшая подождала немного, потом решила действовать нахрапом.

Она сама, без приглашения, уселась на ближайшую лавку и громко сказала:

– Здравствуй, боярин!

Артамон Матвеев поднял голову.

– Я не боярин. И никогда им не буду.

– Почему?

– Слишком худороден.

– Ну… Вдруг у тебя будут особые заслуги.

Хозяин кабинета засмеялся:

– Даже если у меня будут заслуги, боярами станут в лучшем случае мои правнуки.

Кто ты, девушка? Почему ты называешь меня боярином?

– Я не девушка, а вдова. Зовут меня Мэри Гамильтон, по мужу Краузе. Я не знаю, как правильно назвать твою должность, но если назову более низкую – ты обидишься, а если более высокую – тебе будет приятно. Боярин – высшее звание в Российском государстве.

Бумага и чернильница были отодвинуты, хозяин кабинета разглядывал гостью.

– То есть ты мне льстишь?

– Льщу.

– А зачем?

– Я хочу просить тебя о милости к моей несчастной свекрови, матери моего покойного мужа.

Далее Мэри по возможности кратко, но красочно описала серьёзность и основательность своих свёкров, беспутство молодого Краузе, их племянника, сообщила, что он, по слухам, играет в карты, что запрещено законом, и недавно крупно проигрался, что он дал взятку приставу, причём, возможно, взятыми в долг деньгами, и что теперь в его, Матвеева, руках находится судьба двух несчастных женщин, которых хочет ограбить бессовестный злодей.

Излагая эту драматическую историю, она одновременно зорко следила за собеседником, пытаясь понять его реакцию: известно, что на одних людей действуют одни аргументы, на других – другие, а факт, который одного приведёт в негодование, другого оставит равнодушным, а третьего – рассмешит. Но пасынок канцлера сохранял непроницаемый и бесстрастный вид.

– А что делают на фабрике твоего свёкра?

– Мыло.

Мыло в то не слишком гигиеническое время использовалось гораздо в меньших количествах, чем сейчас, но кусок хлеба с маслом своим производителям обеспечивало.

– Откуда ты знаешь про игру в карты?

– С чужих слов. Сама я в запрещённые игры не играю.

– А кто тебе сказал, что этот парень играет?

Мэри сослалась на капитана Норберта Фрида. Капитан Фрид был близким другом, собутыльником и карточным партнером Пауля Краузе, выдавать его, тем более Мэри, никогда бы не стал. Но проверить это было невозможно.