Дети вечного марта

Собака молчком двинулся в сторону телег, Саня – следом.

Людей пристроили под деревом, связав спина к спине. Так теплее и веревок меньше ушло. Когда возвращались, изведшийся от любопытства кот, спросил:

– Они действительно братья?

– Нет. Просто лошади. Слушай, не задавай вопросов, пожалуйста. Сам до всего дойдешь, если успеешь.

– Ты о чем?

– Не знаю, – загадочно отозвался собака, и глухо замолчал до самого костра.

Лошади глотали чай из огромных кружек. Солька выложила на походную скатерку сало и хлеб.

В стороне, привалившись к тележному колесу, сидела Цыпа. Сердобольный кот примостился рядом.

– Ты как?

– Уже лучше.

– Сильно испугалась?

– Чего? – удивилась девушка.

– Ну, Фасолька говорит, ты с испугу в обморок упала.

– Нет. Это… так. Со мной бывает.

– Тебе чаю принести?

– Ага.

Надо же – засмущалась. Саня пошел к костру. Страшненькая и совсем ему не нравится, но – жалко – сидит одна под телегой. Вон Солька и плечами трясет и задом виляет – выплясывает перед Чалым.

Щеки горят. Волосы струятся по спине, а в них – редкие синие цветочки. Собака смотрит на нее, не отрываясь, однако, слушает чужака. Чалый что-то сказал, собака аж головой дернул.

– …оттуда не возвращаются.

– Иногда мне тоже так кажется, – согласился Шак.

– Ладно, – поставил точку в разговоре Чалый. – Давай о наших делах покалякаем. Ты где кота подхватил?

– В Кленяках.

– А прежний куда девался?

– Женился.

– Да ну! – вскинулся цыган. Чай плеснул ему на колени.

 – Мать-перемать! Солька, дай тряпку. Он в Кленяках остался?

– Нет, еще раньше от нас ушел. В ничейных землях. Представляешь, путешествуем мы себе, горе мыкаем, по тому как в лесу заблудились. Вдруг нам на встречу выходит из чащи прекрасная… вернее, прекрасно вооруженная кошка. Я говорит, выведу вас отсюда, но котика придется оставить. Я, было, в драку: да мы, да за нашего кота! А он, подлец, в ноги мне бух. Отпусти, говорит, меня с ней. Не хочу больше скитаться.

Предатель. Я ж его под забором нашел, когда он в Асуле от голода загибался.

– Отпустил?

– Разумеется. И пошли коты, обнявшись, в светлое будущее, а мы дальше покатили. Девчонки два дня ревели. А ты, смотрю, опять с цыганами кочуешь?

– Привык. С ними весело.

– Да и безопаснее.

– Это, как сказать. Чистюки в последнее время распоясались. В половину западных княжеств не сунешься. Кстати, не подскажешь, что за шум в окрестностях?

– Не понял.