Дети вечного марта

– А давай, только зиму у моря проведем и сразу назад, – не отставала Фасолька.

– Уймись, пока я тебя не прибил, – развернулся к девушке Шак. – Забыла, как мы тебя из сераля вытаскивали? Спасибо Ципе, без нее бы вообще не нашли. Обратно захотела? Думаю, Зомар-бей тебя по сей день ждет, в окошко смотрит: где моя ненаглядная горошинка, где моя любимая фасолинка…

– Все! Молчу! Только не поминай эту зверюгу.

– Представь, котейка: мы только границу перешли, а на нас уже налет. Отряд, человек пятнадцать, все вооружены.

Какое там, обороняться. Стоим ждем, что будет. Они нам мирно предложили остановиться, осмотрели, ощупали. Нас собакой и Цыпу не тронули, а Фасольку, без объяснений – в мешок. Расскажи котику, девочка, что он там с тобой делал?

– Не надо, Шак! Я же просила.

– Нет уж, давай, рассказывай.

– Что, что… что и остальные. Только непрерывно всю неделю, пока меня Цыпа не нашла. Поест, поспит и опять – снова да ладом. Думала, сдохну.

– Силен мужик! – без всякого, впрочем, восторга оценил бея Саня.

– Да он сам чуть не окочурился, – презрительно выпятила губку Фасолька. – До того дошло: его двое слуг на меня укладывали, ну и там еще… помогали.

– Да называй ты вещи своими именами, – расхохотался Собака.

– Отстань. И знаешь для чего? – повернулась девушка к коту.

– Вроде понятно… Постой, неужели он приплода добивался?

– Угу. Такую картину обрисовал, не будь я связана, глаза бы ему выцарапала, и все выступающие части оторвала, начиная с головы. Говорит: ты мне горошин народишь, а я их в гаремы стану продавать.

Озолочусь. Дриады и так большая редкость, а на Юге их вообще не сыскать.

– Он, что, дурак? – Сане не верилось, что такие тупые еще где-то водятся.

– Именно. Зато богатый и разведка у него самая мощная на побережье. Он за три дня до нашего приезда знал: сколько нас и когда будем на границе.

– Все! Поболтали, пора собираться, – оборвал Фасольку Шак. – Котяра, помоги собаке запрягать. Умеешь?

– Умею, – откликнулся Саня.

Обращение его покоробило.

Котяра, разумеется, кто спорит. Но как-то оно… или проведя несколько лет исключительно среди людей, он попросту отвык? Сказать? А зачем? Может, и идти-то с ними до первого перекрестка. Если…

Кольнуло подозрение. Вполне может статься, довезут его до ближайшего пограничного кордона и там продадут. Кота-нарушителя ищите? А – получите. Деньги вперед.

– Что застрял? – прикрикнул на него от двери Шак.

– Думаю.

– Сказать о чем? – ядовито поинтересовался собака.