Дракон с прицепом, или Жена по бартеру

Плюс три размера к моей осиной талии! Лишний вес вольготно расплылся по туловищу, заковав мою аккуратную девичью фигуру в рыхлый скафандр.

– Мирина! – нагнал меня тот самый грубый мужской голос.

Я подняла покрасневшие от слёз глаза. Если это кошмар, то самое время проснуться.

– Почему ты не в лавке, дочь?! – гаркнул старик и, подхватив меня за локоть, потянул за собой к свету на лестнице.

Здесь я смогла рассмотреть его серые глаза, точь-в-точь, как новые мои, и недовольную физиономию, невероятное похожую на лицо женщины, которую я только что видела в отражении.

– К обеду вынеси из хранилища свежие порошки с мандрагорой и болтушки с солодкой, за ними подойдут, в свободное время проверь грядки с шалфеем, Тиана видела на них жуков, и самое главное…

Старик вытащил из кармана штанов пузатую склянку с маслом.

– Ну-ка, нюхни! – продолжил он, отвинтил крышку и сунул содержимое мне под нос.

Я едва не задохнулась от жгучего и едкого запашка. Закрыла нос рукой и побежала вниз по лестнице куда глаза глядят, лишь бы выбраться из этого омерзительно вонючего сна.

– То-то и мне кажется, что проклятый огневик увлекся и передержал мазь на плите! – старик побежал за мной и нагнал на пятачке с тремя запертыми дверьми. – Говорил твоей сестре выходить за мага-лекаря, огневики для войны хороши, а в нашем деле бесполезные хвастуны!

Я закивала из вежливости, ничего не понимая.

– Жаль, что за дракона выходишь, маг-лекарь был бы мне больше по душе, – продолжил дед и протянул мне вонючую склянку.

– Почему нет? – закашлялась в нерешительности.

Превозмогая тошноту, забрала склянку, опустила её в угол возле одной из дверей и отошла на несколько шагов.

– Подумала и решила, что хочу отложить свадьбу, получше узнать жениха, – смело начала я, но закончить не успела.

Старик потряс меня за плечи и грубо отчитал:

– Какие бесы тебя одолели, дочь?! Тебе тридцать семь лет… Думать и решать надо было в шестнадцать, если бы судьба одарила красотой и магией, но раз ни того, ни другого нет, бери, что дают и благодари! Мол? верховных, чтобы муж после свадьбы не передумал и не прогнал с господского двора!

На глазах выступили слёзы, и я снова поймала внутри то же странное ощущение раздвоения, что и в кафе.