Кто они

Ещё одна оплошность больницы. Если бы это была не она, а какой-то сумасшедший убийца? Но сейчас, она думала не об этом. Она собиралась вскарабкаться по лестнице, которая вела прямо на крышу здания. Она вдруг испугалась того, что ей всё это почудилось, может, у неё начались слуховые галлюцинации, и утром ей сильно влетит от тигрицы, но она опять вспомнила болтающегося под потолком отца, и полезла. Возможно, то, что она делала, было полнейшим бредом и чушью, но в тот момент ей так не казалось. Всё, что она испытывала, были страх и жуткое любопытство.

Оба эти чувства были сильны. Достаточны сильны, чтобы заставить её сделать то, что она сделала.

Девушка аккуратно залезла на подоконник, а оттуда, с лёгкостью перебралась на лестницу. Её лицо сразу обволокла приятная прохлада ночи. Она лезла вверх, ступенька за ступенькой, и думала лишь о том, что там наверху. И вот она, последняя ступень. Девушка тихо забралась наверх и встала ногами прямо на каменную крышу. Она не смотрела назад, лишь вперёд, лишь на источник страшных звуков.

Шаг, ещё один, и тут какой-то мужской голос резко произнёс:

– Я уже собирался возвращаться в палату, – Кэтрин застыла в ступоре. Она не понимала, откуда идёт этот голос. И вдруг из темноты вышел мужчина. Скорее даже не взрослый мужчина, а парень. Он был одет, как и все тут: серый верх, серый низ. Также, на нём были спортивные кроссовки, а его густые и блестящие чёрные волосы были небрежно растрёпаны. На вид ему было лет девятнадцать-двадцать.

Глаза голубые, как два океана, шевелюра чёрная, как ночная мгла. Ростом он был немного выше Кэтрин. Она стояла и не говорила, пока он не начал:

– Так ты не надзиратель, а то я подумал, что меня опять загонят в этот карцер для психов, – Кэтрин была в недоумении, но выдавила из себя:

– Что ты здесь делаешь? – он ухмыльнулся и сказал:

– Встречный вопрос, – Кэтрин объяснила:

– Я услышала громкие звуки и… решила проверить, – он внимательно разглядел её и согласился:

– Да, признаюсь, сегодня приземление получилось не очень мягким.

Короче, ты же никому об этом не будешь говорить, да? – она согласилась, и он продолжил:

– В общем, по ночам я частенько сбегаю из своей комнаты и лазаю по крышам, это даёт мне чувство свободы, да и потом, отсюда очень интересно наблюдать за людьми. Всё кажется таким маленьким, как игрушка, – и правда, Кэтрин только сейчас заметила, как здесь красиво.