Грибники

– Я тоже, – ответил мужик с несвойственным его касте отвращением к насилию. – У нас с вами идеальная психологическая совместимость.

– Я не буду с вами разговаривать, – она снова повернулась, чтобы уйти, но забыла, что под опорной ногой – нетвердо лежащий осколок кирпича. В итоге пошатнулась и упала бы, если б военный не подставил руку. Он схватил ее за локоть и отпускать не спешил.

– Меня зовут Джафар, – решил он, наконец-то, представиться. – Джафар Ингра. По специальности я летчик и авиамеханик. Но поскольку у нас мало людей, именно мне выпало сомнительное удовольствие ознакомить вас со спецификой предлагаемой вам работы.

– Так это все правда? Это… этот… сон?

– Сны меня не интересуют, – отрекся от мистики Джафар. – Я нахожусь здесь по просьбе Александра Эстерхази с целью предложить вам работу. В дальнейшем вы будете разговаривать именно с ним. Моя задача – обрисовать вам специфику предлагаемой должности и ее перспективы. По моим сведениям, ваша специальность – разработка моделей и пошив одежды.

– Это призвание, – с обидой возразила Марина. – Я правда хорошо шью. Вот, например, ваша форма… ее шили не на вас. Но на заказ. Для другого человека.

Джафар некоторое время молчал, а его глаза изучали лицо девушки, словно она была боксером, с которым он сошелся на ринге.

Даже локоть отпустил.

– Это правда, – нехотя признал он. – Этой форме лет десять, и тогда… тогда я был другим человеком. Вы профессионал. Но насколько мне известно, в данный момент вы работаете в офисе.

– Не нашла работу по специальности, – вздохнула Марина. – Молодых женщин без детей берут очень неохотно. Работодатель не хочет оплачивать декрет. А я даже не замужем… И родители не чают меня куда-нибудь сбагрить…

– Вряд ли я смогу оказать вам психотерапевтическую помощь, – вернулся Ингра к прежнему тону. – Вот визитка Александра Эстерхази. Завтра он собирает всех рекрутов на инструктаж. Надеюсь, вы не опоздаете… И еще вот что.

Вынув из кармана белых брюк блестящий светодиодный фонарик, он включил его и посветил на дальнюю стену, возле которой все это время стоял. Под правой поганкой высветилось непонятное и похоже, арабское слово сделанное явно ультрафиолетовой краской. Тахрир? Ни за что бы не нашла.

– Это ведь то, что вы искали? – уточнил он. – Это означает «освобождение». Тогда до встречи.