Адские чары

Богдан Людвигович Фрейндлих был человек богатый, состоял директором банка и нескольких промышленных предприятий, играл на бирже и имел значение в финансовом мире. Прошлое его и источник состояния были малоизвестны.

Зато у жены, Ольги Дмитриевны, прошлое было бурное. Она развелась с первым мужем, подкинув ему двух детей, и вышла за Фрейндлиха. Однако злые языки утверждали, что развлекаться она не перестала.

В молодости она была хороша собой, но, перевалив за сорок, несколько раздобрела, не утратив при этом веселья и страсти к похождениям.

Ольгу Дмитриевну можно было встретить всюду. Она не пропускала ни бала, ни обеда, ни выставки, ни первого представления; дом ее всегда был набит довольно разношерстным людом, но у нее зато всегда бывало очень весело и шумно.

Богдан Людвигович славился в Петербурге гостеприимством и превосходным поваром, а про его супругу говорили, что она любит принимать участие в сердечных делах и оказывает самое искреннее покровительство влюбленным. Нравственной разборчивостью эта дама не отличалась.

Сделавшись столь близкими соседями, Кира с Ольгой Дмитриевной скоро подружились и виделись ежедневно. Поездки верхом, пикники шли безостановочно, а счастливый случай всегда давал Басаргиной в кавалеры маркиза.

Свой день рождения, 23 июня, Богдан Людвигович хотел отпраздновать торжественно. Уже накануне наехало из города человек двадцать гостей, и некоторых маркиз любезно разместил в своем доме.

Празднество должно было начаться роскошным застольем на даче Фрейндлихов.

Место было живописное. И Богдан Людвигович велел соорудить большой дощатый сарай, обитый красным и белым шелком, в виде шатра, где и был поставлен обеденный стол. Около главного шатра пестрели разноцветные палатки для карточной игры и отдыха.

Грандиозный фейерверк на озере должен был завершить торжество, а затем следовало возвращение домой при свете бенгальских огней.

Погода с утра, казалось, благоприятствовала празднеству. День выдался ясный и солнечный, но удушливо жаркий.

Кира в своем белом кисейном с кружевами платье и большой газовой шляпе была очаровательна. Страстный, восхищенный взгляд маркиза, целовавшего ее руку, смутил ее, но в то же время радостно взволновал.

За завтраком Керведек сидел рядом, а когда все направились к лодкам, маркиз с Кирой заняли двухместный ялик, впрочем, и другие лодки не были велики.