Зеркало желаний

Вслед за молнией, как и положено, грянул гром:

– …двух поросят зарезали!

– …машину продал!

– …без штанов оставили!

– …до сих пор кредит выплачиваем! – неслось с одной стороны

– … так и парился бы твой сейчас на нарах!

– …ну, и помер бы без операции!

– …ага, и загремел бы в армию твой сынок!

– …как же поступил бы, когда он в каждом классе по два года сидел! – вторила вторая стенка.

– Люди! Люди, остановитесь! – Хрипел Петр Петрович с высокого крыльца, пытаясь образумить толпу.

Но толпа не желала внимать. И грянул бой!!! Первыми в бой ринулись женщины, цепляясь друг дружке за волосы. А после тяжелой артиллерией выдвинулись и мужики. Петр Петрович, не владея ситуацией, в бессилии опустился на крыльцо, схватившись за голову:

– Вот тебе, бабка, и Народный фронт! – страдальчески стонал он.

Поисковики растерялись, не ведая, как усмирить враждующие стороны. Один только Макар Ефимович, недолго думая, кинулся в деревню за подмогой.

– Мужики!!! – неистово орал он, бегая от одного дома к другому.

Вскоре с кольями наперевес подоспели деревенские, и, не понимая, где «наши», начали молотить всех подряд. Сеча длилась, покуда из области не прибыл автобус с отрядом спецназовцев, вызванный Егором Андреевичем. Те скоренько распихали всех по автобусам, изловили пытавшихся смыться от ответственности деревенских, засунули в свой автобус и под дружный вой деревенских баб, кортеж, замыкаемый Лэнд Ровером Петра Петровича, двинулся в путь.

Проезжая мимо поляны, где сиротливо маячили оставленные охотниками иномарки, Семочкин вдруг заметил на ней некоторое движение. Кто-то большой и буро-зеленый крутился около открытого багажника Джипа Военкома.

– Ну, ты посмотри, что за народ! Уже мародерствуют! – восхитился Семочкин.

Леша просигналил, и колонна остановилась.

– Чудище! Чудище! – Неслось из автобусов.

Опасаясь паники, первыми к машинам выслали отряд особого назначения. Под их прикрытием подтянулись поисковики и некоторые особо любопытные из автобусов.

Чудищем оказался Военком собственной персоной. А зеленым он был от болотной тины, жирно пропитавшей одежду, лицо и волосы.

– Васильевич! Живой! – обрадовался Петр Петрович. – А где остальные?

– Подтягиваются. – Коротко доложил Военком.