Визариум. Проникновение миров

– Толян, – сказал Лосев, когда «Лада-девятка» армянина отъехала, – давай-ка мы посчитаемся, а? Ревизию проведём.

Он посмотрел Толе в глаза. Загадочно как-то посмотрел.

– Давай. – Толя удивился, пожал плечами. Сходил за учётным журналом, пошёл ко входу в коридор. Вася догнал его в коридоре, окликнул. Толя обернулся: чего он хочет? Лосев посмотрел всё тем же взглядом, потом махнул рукой, усмехнулся:

– Ладно, не надо. Пойдём.

Ничего не понимающий Толя побрёл за ним в кабинет.

– Мне тут звонят, – сказал Вася, усевшись на стул и вытянув ноги в высоких белых кроссовках, – рассказывают, что тебе левак привозят чуть ли не тоннами.

– Кто звонит?

– А, – Лосев махнул рукой, – не бери в голову. Я разберусь, что это за доброжелатели. А тебе я доверяю.

Толя про себя усмехнулся: «Ага, доверяешь, а на понт берёшь, реакцию смотришь… Психолог хренов». Пожал плечами, не стал ничего говорить.

– Ты это, – серьёзно сказал Вася, – не обижайся.

Перед тем как уехать, он выдал аванс, хотя до аванса оставалось ещё три дня, и сумму округлил в большую сторону, хотя, Толя видел, мелкие деньги у него имелись.

Всё это было непонятно, но почему-то укладывалось в логику этого странного дня.

Вечером, когда Толя уже считал склад, в коридоре грюкнуло, скрипнула тачка, послышались шаги. Толя вспомнил пьяного грузчика с двумя дружками – они, что ли, пожаловали? Неудачно как: из камеры бежать некуда, тут и криков никто не услышит. Вот влип! Что ж, логичное окончание дурацкого дня. Придётся с боем прорываться.

Шаги приближались. Щёлкнула ручка, створка ворот стала медленно открываться.

Толя метнулся к воротам, схватил штыковую лопату, поднял над головой, сам прижался к стене у самого входа. Брезент шевельнулся. Показалась голова, и Толя едва не долбанул по ней лопатой, в последнюю секунду остановил руку: это был какой-то посторонний дед. Тот, не замечая Толи, близоруко всматривался в глубь тускло освещённого помещения:

– Эй! Есть кто? Куры по одной продаёте?

* * *

Прибежал Толя домой.

Помылся, сел ужинать, как пришла мысль – что-то Алёну долго не видно. Когда проходил мимо зала, та сидела у окна, решил – по телефону разговаривает. Теперь подумал – слишком долго разговаривает, даже как для неё. Подошёл, посмотрел: опёрлась о подоконник, уставилась в окно. А за окном темень, ничего не видно.

– Эй, ты чего тут сидишь? – спросил.

Алёна не ответила.