Синий взгляд смерти. Закат

Не сочтите за двусмысленность, но писать Вам много легче, чем некоторым дамам. Не исключаю, что это прискорбное для меня обстоятельство и делает мою эпистолу столь нелепой. Водя пером по бумаге, я надеюсь, что это поможет мне найти слова для иных адресатов, прекрасных и нежных. Увы, грубость походных буден оказывается сильнее. Единственное, на что меня хватило, – это на рондо, которое в равной степени принадлежит Вам, барону, Готти и прелестнейшей из дам Олларии. Заметьте, сколь тонко я, не греша против истины, усыпляю Вашу ревность, одновременно преклоняя колено пред теми, кого имел счастье встретить в иных краях.

Сверкает Рожа. Золото со злостью

Влекут всегда. Опасен зыбкий мостик

Меж нынешней непрошеной войной

И полной снов и бреда стариной,

Что может стать клинок сокрывшей тростью,

А может, раздробив невеждам кости,

Обрушиться предсказанной бедой,

Что дрогнувшие назовут судьбой.

Сверкает Рожа…

Вы, кажется, в плену терзаний? Бросьте!

Уныние в лохмотьях и коросте —

Дурной союзник и судья дурной.

Жизнь – это бал! Пора б взглянуть, друг мой,

Какие демоны к нам напросились в гости.

Сверкает Рожа…

Особо прошу отметить честность, с которой я избежал столь опасных для поэта ловушек. Искушение для сохранения размера именовать известный Вам предмет «златая Рожа» (а также «гальтарска», «противна», «старинна», «зловеща» и пр.) было мной хоть с трудом, но преодолено. Не думаю, что Вы оцените мою победу по достоинству, но главное не восхваления, а уверенность, что ты не сыграл в поддавки, ведь, играя в поддавки, мы проигрываем себя.

Однако вернемся к Роже. Барон называет ее Ликом Полночи и Полудня и утверждает, что она имеет Закатно-Рассветную пару. Если таковая всплывет в Олларии, купите ее Коко от моего имени и не забудьте отписать об этом моему родителю – и еще больше не забудьте получить с него деньги.

Что до самой Рожи, то ее падение знаменует нечто дурное. В ту малоприятную ночь, когда мы его с Вами наблюдали, погиб Надор. Следующий раз Рожа сочла уместным свалиться в день смерти коня и, видимо, все-таки человека.

На первый взгляд эти события трудно уравнять, значит, мы чего-то либо не заметили, либо не поняли. В любом случае будьте осторожны, избегайте старых клятв – любых! – возьмите у ваших солдат урок суеверий и приглядывайте за прикормленной Коко философствующей саранчой.

Если господа матерьялисты начнут вести себя несообразно, предоставьте их Готти, а того лучше – пристрелите на месте.