Несравненное право

Обычным псам из плоти и крови вряд ли могли принадлежать такие голоса, это была свора существ, подобных тому, что смотрело на меня. Туманная собака дрожала всем телом, пританцовывая на месте, разрываясь между непреодолимым желанием присоединиться к гону и рабской потребностью в приказе. Она признавала за мной право этого приказа, а стало быть, я принадлежала к силам, вызвавшим из глубин Преисподней туманных бестий. Я припомнила белое чудовище, от которого нас спасли Всадники, и мне захотелось убраться куда подальше, только это было невозможно.

Я должна была узнать, за кем идет охота, и, если это был человек, спасти или хотя бы попробовать сделать это.

Я не знала, не могла знать, хватит ли у меня сил совладать с целой сворой, не разорвут ли они меня на куски по приказу своего настоящего хозяина, а что он где-то рядом, я не сомневалась – туманные это псы или же самые настоящие, понять, что они гонят дичь не для себя, труда не составляло. Я выросла в герцогстве, где охотились все, и, пусть моя душа не помнила ни охотничьих радостей, ни разочарований, голова хранила множество сведений о привычках собак и обычаях охотников.

Туманная собака пронзительно заскулила – просилась к своим собратьям, – и я милостиво крикнула «эй-гой», разрешая присоединиться к охоте. Одним прыжком гончая исчезла в зарослях.

4

Эгвантий, то есть капитан Гинте, поудобней перехватил отобранную у солдата шпагу. За плечом ветерана шумно дышал кардинал и толпились те, кто нашел в себе силы не броситься с кручи, увидев приближающийся кошмар.

Гинте был воином до мозга костей, а потому, увидев вырвавшихся из леса белобрысых бестий размером с хорошего теленка, не застыл от ужаса и не завопил, а, схватив за руку остолбеневшего Максимилиана, поволок его высокопреосвященство к лесу. Несколько человек бросились за ними, и им удалось выскочить из стремительно сужающегося кольца. К несчастью, единственный путь к отступлению уводил в сторону от спасительной реки.

Достигнув опушки, Гинте не удержался и оглянулся. Так и есть, загадка Соснового холма была разгадана, только вот сумеют ли разгадавшие ее об этом рассказать? Несколько десятков белых тварей молча прижимали людей к краю обрыва, а те отступали, бестолково, по-овечьи налетая друг на друга. Спасшиеся с ужасом наблюдали, как их товарищи безропотно пятятся к пропасти. Досматривать неизбежный конец Гинте не стал и другим не позволил, погнав уцелевших вниз.