Довод Королей

Глядя на прозрачное, заострившееся лицо, уже отмеченное нездешним светом, Нэо Рамиэрль из дома Розы в очередной раз проклял собственное бессилие: скольких он проводил в небытие и скольких еще проводит, прежде чем уйдет за ними, предоставив другим свою ношу!

– Роман! Звездный Лебедь! Откуда ты мог взяться здесь?

– Рене?

– Да, – подтвердил эландец, перебираясь через подоконник, – не удивляйся. Это чистой воды совпадение. Мне пришла блажь навестить Жана-Флорентина и заодно проверить, что творится в здешних горах и как долго я могу обойтись без моря.

Оказалось, долго. Уж не знаю, радоваться этому или нет. Мне так, конечно, легче, но моя растущая сила далеко не лучший признак... Что с ним?

– Не знаю. Никто не знает.

– Если бы я не знал, что это не так, я бы поклялся, что его пытали... Но такие раны раньше мог залечить даже я.

– Они не заживают.

– Великий Дракон, – Рене сжал зубы, – мы словно местами поменялись. Когда я пришел в себя на Лунном, то увидел над собой лицо Норгэреля.

Он спас меня, хотя мог бы этого и не делать... – Рене осторожно коснулся разметавшихся золотых волос. – Норгэрель, ты меня слышишь? Ты тут?

Эльф с трудом поднял веки, но синие глаза глядели осмысленно и серьезно.

– Я рад, что увидел тебя еще раз... Только ради этого стоило затеять эту поездку.

– А куда вы, кстати, направлялись? Вряд ли спросить совета у Жана-Флорентина, хоть он нынче и вещает от имени Вечности.

– На Седое поле.

– Нэо думает, что там не властны ни ройгианцы, ни тот, из Моря.

..

– Может, и так, – руки Рене привычно перебирали черную цепь, – может, и так... Роман! – Глаза Арроя неистово блеснули, как в старые добрые времена, когда Счастливчик в очередной раз обманывал судьбу. – Ночная Обитель! Это рядом. Гиб домчит за ору. А туда уж точно нет ходу никому, кроме тебя!

Роман с удивлением и ужасом воззрился на друга. В свое время он так успешно запретил себе думать о подарке Воина, что упустил очевидное, хотя... Ночная Обитель – шанс для Норгэреля, но сам он станет узником Зимы.

Выйти из Башни без Кольца он не сможет, а оставить Тарру в канун войны...

– Рамиэрль, – бесплотная рука накрыла его ладонь, – ты слишком нужен здесь, я не стою такой жертвы...

– А кто говорит о жертве? – Рене с сочувствием смотрел на обоих – своего спасителя и своего друга, – все мы горазды жертвовать собой, только сначала нужно понять, чем наша жертва обернется. Норгэрель, ты знаешь, что с тобой? Нет.